Проза Лидии Гинзбург. Реальность в поисках литературы

Послесловие. Как сохранить образ человеческий

Методы анализа и этической оценки, свойственные Лидии Гинзбург как писателю, направлены на преодоление катастрофического положения постиндивидуалистического человека. Это человек фрагментированный, но вместе с тем он противник романтизма, он лишен моральных абсолютов; он «имманентен», то есть способен чувствовать ценность жизни лишь эмпирически, в самом себе и через самого себя. На него давят, испытывая на прочность, внешние жизненные обстоятельства – условия военного времени и сталинского террора, он не видит резонов надеяться на какие-либо революционные преобразования, путем которых удалось бы построить более справедливое общество. Как написала Гинзбург во время Ленинградской блокады и спустя всего несколько лет после волны сталинских репрессий: «Когда ты ропщешь на социальное зло, посмотри, не является ли оно заменителем зла, еще более смертельного»[1035]. Несмотря на ее скептическое мироощущение, повествования Гинзбург основаны на оптимистичном тезисе, что путем систематических пытливых размышлений, направленных на поиск ориентиров, которые укажут тебе путь к подлинной жизни, можно научиться вести себя порядочно и прийти к углубленному пониманию своих ошибок. В обстановке, где отсутствуют непоколебимые основополагающие ценности и убеждения, такие усилия вдохновляются раскаянием и чувством вины, которые побуждают раскаивающегося субъекта устанавливать связь во времени между его поступками; аналитическое осмысление воспоминаний – самый многообещающий путь к ответственному, этичному поведению.