Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890-1953. Воспоминания
- Автор: Фаворская Татьяна Алексеевна
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Санкт-Петербургский государственный университет
- ISBN: 978-5-288-05890-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890-1953. Воспоминания». Краткое содержание книги:
Для широкого круга читателей, интересующихся историей России и российской науки.
В первый же мой приезд туда Мария Маркеловна сообщила мне, что у Фени есть не матрос, а солдат, который уже приезжал на дачу и просил разрешения приезжать туда по воскресеньям. Солдат этот, Александр, оказался очень хорошим человеком, Феня им командовала, а он, несмотря на то что сам имел довольно красивые черты лица, любил страшилку Феню и слушал ее, охотно помогал ей в воскресенье по хозяйству и привозил из города то, что она ему заказывала. Мы с Марией Павловной жили в городе, нам помогала по хозяйству сестра нашей прачки А. П. Лушкиной — Акулина Павловна.
Летом паровики ходили лучше, чем зимой, и редко приходилось ходить пешком. Семья Ильи Васильевича уехала в Орловскую губернию, в село Кривцово, родину Екатерины Поликарповны. Я уже вполне освоилась с работой и усердно определяла свои «щелочи». Зарплата у меня была довольно высокая, с первой получки я купила Марии Маркеловне очень хорошего черного тонкого сукна на юбку, одевалась сама теперь за свой счет и даже решила часть денег положить на книжку, сберкасса была недалеко от завода. На завод я ездила всегда с маленькой сумочкой, паспорт, который нужно было предъявлять в сберкассе, туда не влез, я его завернула в бумагу, завязала веревочкой и повезла отдельно. На обратном пути домой народу в паровике было мало, я всю дорогу сидела и разговаривала с Эмеритой. Когда я приехала домой, я вспомнила: а где же паспорт? И поняла, что я его потеряла! Я была в ужасе, потерять паспорт в такое время, когда все власти сменились, когда неизвестно, куда за ним обращаться! Остаться без документа, без «вида на жительство», как тогда говорили, я стояла у окна, смотрела на проходивших и думала: «Какие они счастливые, у них у всех есть паспорт!» Мария Павловна охала и ахала, совсем расстроенные мы сели пить чай. Вдруг кто-то позвонил, я пошла открывать, вижу — стоит солдат и протягивает мне сверток с моим паспортом, он его нашел на Невском, около Лиговки. Как я обрадовалась, как благодарила, предлагала денег, Мария Павловна звала выпить с нами чая, но он от всего отказался, быстро простился и ушел.
В начале июля мы пешком возвращались с завода, ни паровик, ни трамваи не ходили. На Невском мы с трудом пробирались через толпу, особенно много народа было около Садовой, проходили отряды солдат, скакали конные, слышалась ружейная стрельба. Когда я, наконец, пришла домой, начались сумерки. Вдруг послышалась сильная и близкая стрельба, мы сидели с Марией Павловной в столовой, когда несколько пуль ударилось в стену около окна. Мы потушили свет и стали в коридоре, куда ниоткуда не могли залететь пули. К нам в коридор прибежали перепуганные сестры Лушкины. Ожесточенная пальба со стороны парка кадетского корпуса продолжалась недолго. Университетские здания подверглись обстрелу, потому что на чердаке Физического института был установлен пулемет. Если бы отец был в городе, он бы меня не пустил на завод, но я воспользовалась его отсутствием и на следующее утро отправилась на работу. Мы с Эмеритой и Варей удачно попали в вагон паровика, который потом набился до отказа, люди висели на всех подножках.
В августе я получила отпуск, помнится, недели две, и провела его на даче. Дача эта была расположена между станциями Куоккала и Келломяки[308], сходить надо было на платформе Канерви, которая теперь уничтожена. Живя теперь по летам в Комарово (Келломяки), я тщетно пыталась найти хотя бы одну из дач П. С. Паршакова — она была довольно близко от моря, в котором мы с детьми купались в хорошую погоду. На пляже были тогда разбросаны маленькие будки-раздевалки, не такие большие и удобные, как в Безо, тем более что они стояли на земле и нужно было долго идти по мелководью, прежде чем дойдешь до достаточно глубокой воды. Ходили мы и за грибами в ближайший лес, народу этим летом было немного. Собирали мы и бруснику, но главную ее массу купили у одной финки, которая научила Марию Маркеловну, как ее сохранить на зиму: насыпать в кадку или в ведро слой целых ягод, а затем — слой ягод, размятых пестиком, потом — опять слой ягод целых и так далее. Ягоды лежат, таким образом, под притиском в собственном соку и остаются свежими до самой весны. Отпуск быстро промелькнул, и я вернулась в город, в затем переехали и все наши. Феня поселилась у нас, Александр ходил к ней почти каждый день.
308
Келломяки — с 1948 г. Комарово.