Канун трагедии: Сталин и международный кризис. Сентябрь 1939 — июнь 1941 года
- Автор: Чубарьян Александр Оганович
- Год: 2008
- Язык: русский
- Год: М.: Наука, 2008. - 476 с.
- ISBN: 978-5-02-035966-6
- Жанр: История
Электронная книга - «Канун трагедии: Сталин и международный кризис. Сентябрь 1939 — июнь 1941 года». Краткое содержание книги:
Для историков, политологов и более широкого круга читателей.
В процессе присоединения Прибалтики Советский Союз использовал те же противоправные методы, которые были свойственны сталинской системе в целом и которые были осуждены в современной России после перемен конца 80-х — начала 90-х годов. Мы уже отмечали, что многие историки и политики Латвии, Литвы и Эстонии называют весь этот процесс советской аннексией и оккупацией. Большинству российских историков термин «оккупация» представляется неприемлемым и некорректным, в том числе и с чисто правовой точки зрения. В качестве одного из аргументов против этого термина выдвигается соображение, что в процессе присоединения Прибалтики значительная роль принадлежала левым партиям и беспартийной интеллигенции, представители которых вошли в правительства и в местные органы власти после присоединения этих стран к СССР.
Еще раз обратим внимание на то, что эстонский историк М. Ильмярв писал о так называемой мирной оккупации, ставя под сомнение сам термин «оккупация» (исходя в том числе и из норм международного права).
В мире действительно существуют различные трактовки понятия «оккупация». Страны Прибалтики, по словам эстонского автора, очень скоро вошли в состав так называемой оккупирующей страны со всеми правами граждан Советского Союза, что не соответствовало правовому статусу оккупации.
Весьма существенным представляется и необходимость учета того обстоятельства, что перед странами Прибалтики стояла проблема выбора между Советским Союзом и Германией. Ориентация на Германию и другие западные страны была одним из ключевых направлений во внешней политике стран Балтии в течение 20 — 30-х годов. Это особенно проявилось после событий в Польше в сентябре 1939 г., которые давали основание ожидать германских попыток поглощения Прибалтики. Поэтому альтернатива — Советский Союз или Германия приобретала вполне реальные основания на будущую перспективу, и в этих условиях многие деятели стран Балтии предпочитали СССР.
Чувство безысходности у правящих кругов стран Прибалтики усиливалось и тем, что Германия, у которой были довольно прочные позиции в этих странах, дала им ясно понять и в сентябре — октябре 1939 г. и особенно в мае и июле 1940 г., что она не будет вмешиваться в развитие событий и противодействовать СССР в этом регионе.
Наконец, факты показывают, что для многих тогдашних политических и общественных деятелей Балтийских стран было ясно, что в условиях острого противоборства двух воюющих блоков и особенно после поражения Франции им было бесполезно ждать какой-либо помощи и поддержки от англо-французской коалиции.
Как свидетельствуют документы из британских архивов, английское правительство предпочло занять осторожную позицию, охарактеризовав присоединение стран Прибалтики как «инкорпорацию» (поглощение), сопровождая это доводами, что вхождение стран Прибалтики в состав СССР может усилить напряженность в отношениях между СССР и Германией, а это было важно для британских интересов.
Пример Финляндии, которая, хотя и отстояла свою независимость, но добилась этого ценой уступки значительной части территории, нескольких месяцев кровопролитных боев, также учитывался политиками и общественностью стран Балтии. События конца 1939 г. показали, что Прибалтика занимает совсем не то место в интересах и планах держав англо-французской коалиции и даже Германии, нежели Финляндия. И если в разгар зимней войны в Англии и Франции раздавались даже призывы к вооруженному вмешательству на стороне Финляндии, то ничего подобного не было на Западе в отношении Балтийских государств.
В условиях лета 1940 г. никто не только не оказал поддержки Балтийским странам, но даже официально не осудил советские акции. Единственной страной, сделавшей официальное сообщение, были Соединенные Штаты Америки, да и то речь шла о моральном непризнании «захвата Прибалтики», а отнюдь не об осуждении или о протесте, направленном непосредственно Советскому Союзу.
Учет всех отмеченных обстоятельств, в том числе и внутриполитического фактора позволяет понять сложность и драматизм ситуации и то, что случилось с народами Прибалтики осенью 1939 и летом 1940 г.