Записки русского тенора. Воспоминания, заметки, письма

Многие страны с исторически сложившимися вокальными школами имеют высшие музыкальные заведения, существующие сто и более лет. Но если прежде разграничивали итальянскую, немецкую, французскую, русскую и другие школы пения, то теперь, в век радио и телевидения и международной интеграции, большинство вокалистов пришли к единому методу преподавания, к общей вокальной культуре. В этом едином методе сочетаются лучшие черты всех национальных школ: итальянская эмоциональность и правдивость, немецкий способ прямого, почти безвибратного пения, так необходимого нам, педагогам, в борьбе с расшатанными, качающимися голосами, мягкий французский лиризм и традиции русской оперы, которую прославили имена Шаляпина, Собинова, Неждановой. Шаляпин, в сущности, был не просто выдающимся певцом-артистом. Он был порождён требованиями русской оперной мысли конца 19 века, когда на оперную сцену пришли такие реалистически мыслящие композиторы, как Мусоргский, Бородин, Римский-Корсаков, Чайковский. Шаляпин был и чрезвычайно самобытным интерпретатором французской и итальянской оперы — достаточно вспомнить двух его Мефистофелей в операх Гуно и Бойто, Массне написал для него своего «Дон Кихота».

За свою долгую жизнь в искусстве я видел оперные спектакли в самых разных театрах мира: в миланском «Ла Скала», в Софии, Белграде, Бухаресте, Варшаве, слышал оперы современного английского композитора и дирижёра Бенджамина Бриттена, видел постановки Вальтера Фельзенштейна, слушал спектакли выдающегося дирижёра Герберта фон Караяна. И всюду я видел, что прошло время голого, чистого вокала. Современный оперный театр требует от певца быть артистом. В 1936 году я слышал, как Мариан Андерсон пела Станиславскому романс Шуберта «Смерть и девушка», много раз слышал Луиз Маршалл, Николая Гяурова, Бориса Христова — все эти певцы даже на концертной эстраде несли в своём пении драматическое содержание, вокальный образ, который нельзя создать только правильной работой гортани и диафрагмы. Нужен комплекс качеств, куда входят общая интеллигентность, культура, музыкальность. Раньше певцу за голос прощали всё, лишь бы он взял коронную высокую ноту. Теперь не то время — никто не потерпит безобразно толстую Джульетту и Виолетту.