Записки русского тенора. Воспоминания, заметки, письма
- Автор: Орфёнов Анатолий Иванович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Лань: Планета музыки
- ISBN: 978-5-8114-7024-2
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Записки русского тенора. Воспоминания, заметки, письма». Краткое содержание книги:
Книга не только «о времени и о себе» — она о современниках, о друзьях и недругах, о вечных ценностях, о любви к опере, о «тайнах мадридского двора» Большого театра времен Сталина, Хрущёва и Брежнева, о превратностях и подарках судьбы, о том, насколько важна в жизни артиста семья.
Предназначается широкому кругу читателей, интересующихся оперой и вокальным искусством, в том числе профессиональным и начинающим певцам, а также обучающимся пению и всем интересующимся музыкальным театром.
Дальние странствия
Каир
15 декабря 1971 года, 8.30 утра
Долетел хорошо, на аэродроме целый час искал кого-нибудь из встречающих. После телефонных звонков нашли переводчицу — оказывается, как и в Шереметьево, никого из встречающих за кордон здесь не пускают. Меня уже давно вызывали по радио, но то ли арабский язык не воспринимает фамилию Орфёнов, то ли я не разобрал. Привезли меня в пансион мадам Белецкой с питанием, квартиру буду подыскивать к твоему приезду. Хожу в общий туалет и умывальник, без радио и телевидения. Стоит вместе с едой около 40 фунтов в месяц. Но говорят, что пансион — единственная возможность прожить в Каире, не зная языка. Полы здесь каменные — очень холодно ногам. Надо привезти тёплое бельё (китайское), все шерстяные носки, хорошо бы и валенки для дома, но это невозможно. Пока ещё ничего не видел и денег не имею. Меня встречал и водит по всем моим делам будущий ученик — баритон. Он уже учился в Италии, в январе у него контракт в Венеции на Марселя в «Богеме» — вероятно, хороший голос, раз так.
Кругом Восток со всеми его контрастами. Огромное количество автомобилей, есть ослики, мужчины в длинных халатах, а некоторые одеты так, что не разберёшь: дама или кавалер.
15 декабря 1971 года, после обеда
Спешу отправить второе письмо. Говорят, что почта приходит один раз в месяц. Говорят также, что арабская сторона будет выдавать мне деньги ежемесячно, но не всегда аккуратно. Ректор предупредил, что снимать надо хорошую, дорогую квартиру, потому что мне дадут на неё 60 фунтов, и надо, чтобы я их тратил только на квартиру полностью, а не на мелкие личные нужды. Холод в квартирах и в консерватории страшный. Люди выходят погреться на улицу, где + 18 °. Выпросил ещё два шерстяных одеяла — буду спать под тремя. О ценах ничего сказать не могу — всюду арабские цифры-червячки, и что они означают, не знаю. Говорят, мандарины, апельсины и ананасы в несколько раз дешевле яблок.
17 декабря 1971 года
Мы живём на острове, который называется Замалек, каждый раз проезжаем по мосту через Нил — он чуть больше нашей Москвы-реки, но это не весь Нил, а только часть. Ничего ещё не видел, потому что фактически транспорта нет. Ехать на общественном транспорте нереально — всё забито. Такси недорого, но до консерватории 12 километров, а это около 40 пиастров, то есть два десятка яиц или восемь кило мандаринов. Мы на работу ездим в микроавтобусе, который подают в определённый час в одно и то же место. Шофёру платят 50 пиастров в месяц с человека. Успел отдать дань местной воде. За обедом в бутылке подали воду. Я решил, что это какая-нибудь миндальная вода, и только попробовал, как через несколько часов уже побежал… Сульгин всё исправил.
20 декабря 1971 года
Сегодня в Николин день, на шестой день пребывания в Каире, я наконец-то перебираюсь в самостоятельную квартиру. Мы с моим студентом и концертмейстером И. А.Чаклиной исходили и изъездили на её «Москвиче» весь остров Замалек и ничего лучше не нашли. Сняли довольно чистую квартиру на втором этаже на тихой улице Мансура Мохаммеда у молодого арабского офицера (ровесник нашей Любаши) за 40 фунтов в месяц, пока на три месяца. Газ как на даче, только баллон побольше. Плита без духовки, хотя хозяин за 5 фунтов согласен поставить большую плиту с духовкой. Покупать я ещё не умею — арабы разные, есть и жулики (а где их нет?).
17 марта 1972 года
Здравствуйте, дорогие!
Пишу вам я, так как сейчас мамина очередь болеть. По-прежнему мёрзнем и ждем тёпла. Думаем отбыть домой в отпуск 4 июля на прямом самолёте. Купили мальчикам по паре выходных ботинок и шерсти — на память о Каире свяжу им носки.
Люба, ты волнуешься по поводу конкурса в стажёрскую группу Большого театра. Всё зависит от самого стажёра. Когда стажёром был у нас один молодой пианист, быть может, и неплохо играющий, то не было места, куда его принимать, никто не уходил из стариков, а теперь на примете, вероятно, пара концертмейстеров пенсионного возраста. Во-вторых, в таком сложном коллективе, как Большой театр, надо рисковать. Хотя бы для укрепления своей нервной системы и творческого тонуса стоит попробовать. Советую сходить в Большой театр на консультацию к начальнику отдела кадров Дмитрию Николаевичу Александрову, передать ему мой привет. Он юрист и хорошо ко мне относится. Поделись с ним своими сомнениями, что ты, мол, на хорошем счету у себя в Театре Станиславского, но что всё же Большой театр манит к себе, как магнит — совсем не деньгами, а серьёзной творческой работой. Он может дать дельный совет. А в остальном ты уже взрослый человек, так что и решай сама, не полагаясь особо на советы. Вспомни, как я «рискнул», поступив в хор Театра Станиславского, и видишь, выбился в люди. А ты музыкант, у тебя хороший опыт, умение быть концертмейстером. Остаётся научиться быть дипломатом, никогда никому не говорить то, что думаешь, а говорить то, что полагается в данный момент по ситуации. Большой театр — организм сложный, но интрига в нём та же, что и в других театрах. С волками жить — по-волчьи выть. На чьём возу едешь, того и песенку пой. Вот сколько мудрости в народных поговорках. А там вспоминай и бабушку Александру Ивановну: «Иде тебе быть, там ты и будешь».