Ангел мой, Вера [calibre 5.25.0]

Из губернаторского дома в Вологде я как будто попала в другой мир… Будь моя воля, я никуда бы не выходила, даже не ездила бы гулять и смотреть Петербург с его чудесами, только сидела бы в своей комнате или в гостиной, занимаясь книгами, альбомами, разговорами. Случайных людей, от скуки разъезжающих с вечера на вечер, у Олениных почти не бывало.

Матушка беспокоилась поначалу, что в гостиной у Елизаветы Марковны может собраться общество, не вполне подходящее для молодой девицы — она слышала, что там бывали и ученики Академии художеств, и актеры, внушавшие ей непреодолимое презрение. Художники еще туда-сюда, но как можно принимать актеров, она решительно не понимала. «Они, конечно, одеты прилично, в обществе себя держать умеют и почтительны, — говорила матушка мне шепотом в первый вечер, разглядывая двух юношей в пестрых фраках, явившихся к хозяину с ролями под мышкой, — да все-таки нам неровня».

Я слушала и не слушала… ровня, неровня — какая была мне разница? От вежливых и равнодушных ровесников я смертельно устала еще в Вологде. Какое счастье было здесь, какой простор, сколько воздуху! А разговоры! Читали стихи и прозу, разыгрывали шарады, ставили сценки, спорили… По вечерам салон Елизаветы Марковны напоминал огромную художественную мастерскую: в одном углу рисовали, в другом устраивались дамы за рукоделием, в третьем репетировали, в четвертом разучивали что-то за роялем, потом менялись местами, рассаживаясь кому где вздумается. Всё делалось со смехом, с шутками и, казалось мне, без задних мыслей, без всякого искательства, просто и ласково.

Так держали себя сами хозяева, задававшие тон своему разномастному, хотя и безусловно изысканному обществу. Сидя в излюбленном углу, подле бело-розовой Минервы и диковинного попугая в клетке, я увидела однажды грузного человека в синем фраке, неуклюжего и как будто слегка заспанного, явившегося под руку с хозяином. Щуплый и живой Оленин так и вился вокруг необычного гостя, отчего они вдвоем смотрелись еще забавнее рядом… «Как будто вожак с медведем», — с улыбкой подумала я. «Медведь» оказался господином Крыловым, автором «Модной лавки», выпустившим в минувшем году сборник басен.