За пределами эмпатии. Терапия контакта-в-отношениях
- Автор: Эрскин Ричард Г., Морсунд Джанет П.
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Iнтерсервiс
- ISBN: 978-617-696-739-2
- Жанр: Психология
Электронная книга - «За пределами эмпатии. Терапия контакта-в-отношениях». Краткое содержание книги:
В этой книге авторы уделяют много внимания важности отношений в психотерапии. Отношения между людьми составляют основу нашей повседневной жизни.
Авторы описывают интегративный подход в психотерапии, который они разработали и теперь преподают в Институте интегративной психотерапии в Нью-Йорке. Он опирается на клиент-центрированную терапию Роджерса, Транзактный Анализ Берна, гештальт-терапию Перлза, психологию самости Кохута и работы британских теоретиков объектных отношений. Эта книга знакомит с теорией, лежащей в основе такого подхода, приводя примеры реальных бесед между терапевтами и клиентами, чтобы проиллюстрировать представленные концепции. Во второй части книги подробно описано применение этого метода в терапевтической работе, также там приведены практически полные транскрипты семи терапевтических сессий. Они включают примеры психотерапевтической регрессии, работы с родительским интроектом, психотерапию пар и многое другое.
Терапевт: И вместо того, чтобы говорить «со мной что-то не так», скажите ему, что бы вы думали.
В оставшиеся минуты терапевтической сессии Сара строит конкретные планы к возвращению Стивена (в то время он был в командировке). Она еще раз повторила, что с ней все в порядке, а не наоборот, и она также произнесла это во время воображаемых бесед с Джерри и с инструктором по вождению. В завершение сессии она вновь обращается к Стивену.
Сара: Ах... все в порядке. Теперь все правильно... Ты просто нужен мне, Стивен. Просто нужен мне. Я просто хочу тебя. И я собираюсь выгнать этих людей из моей головы, и из моей жизни, и быть с тобой.
В этой работе мы увидели, как клиент может быстро переходить от одной возрастной регрессии к другой, и как настроенность психотерапевта на эти уровни регрессии помогала ей выстраивать ответы, которые соответствовали как уровню развития в регрессии, так и сути проблемы, которая была озвучена в запросе клиентки, когда она еще не регрессировала. Исследуя сценарные убеждения и другие фиксированные гештальты, которые были созданы во время ранних травм, и Сара, и терапевт смогли яснее понять функции нынешнего проблемного поведения Сары, а также ее реакции на сексуальное насилие со стороны брата, изнасилование на свидании и домогательства учителя по вождению. Хотя все эти эпизоды имели место в разные периоды ее жизни, и несмотря на то, что ее поведение внешне было довольно разным, глубинные потребности и стратегии выживания были одними и теми же.
Другим важным аспектом работы Сары было обращение к чувству стыда. Как отмечалось ранее, центральным компонентом в переживании стыда является убеждение, что «со мной что-то не так». Пока это убеждение сохраняется -хотя оно может быть глубоко спрятано и недоступно для осознанного понимания - эмоциональные реакции, порожденные стыдом, будут провоцироваться любой ситуацией, которая связана - аффективно, когнитивно, поведенчески или физиологически - с первоначальным опытом стыда. Когда Сара регрессировала и повторно пережила реакции, которых она стыдилась, вовлеченное, подлинное и нормализующее присутствие терапевта помогло ей перестроить свои убеждения и воспоминания так, чтобы ей больше не приходилось чувствовать стыд.
Конечно, за свою жизнь Сара пережила много травматических событий, но она осознала, что не сами эти события вызвали долговременные нарушения и продолжительное чувство стыда - более серьезную травму породило отсутствие поддерживающих отношений во время и после болезненных событий. Из-за отсутствия таких отношений Сара должна была одна разбираться со значением каждого события, значением своей эмоциональной реакции и стратегией совладания с этой реакцией и ее последствиями. Как мы видели, значения, которые она выбрала, были самоосуждающими и самокритичными: «Со мной что-то не так», «Я глупая», «Я шлюха». Все стратегии произошли от самой ранней травмы, когда ребенок подвергался сексуальному насилию со стороны брата, и рядом не было никого, кого можно было бы позвать на помощь или кто мог бы утешить и понять позже. Стратегия первая: будь милой; стратегия вторая: увиливай и отвлекай внимание; стратегия третья: замирай. Это то, что маленькая Сара решила делать, и ни одна стратегия не помогла, когда Сара оказалась наедине с насильником.
Именно качество терапевтических отношений, больше чем что-либо другое, помогло Саре найти способ изменить свои хорошо отработанные и ставшие автоматическими реакции. Она ощутила не только безопасность и поддержку искренних и заботливых отношений - именно то, чего у нее не было раньше, -но также в этих отношениях терапевт взяла на себя функции, которые ранее выполнялись защитами Сары. Таким образом терапевт остановила ее самокритику и обеспечила понятное объяснение для ее поведения. Когда Сара начала чувствовать, что терапевт отвечает за эти жизненно важные функции, и верить, что терапевт позаботится о ее потребностях в отношениях, ей открылась возможность отбросить прежние защитные стратегии. Не будучи ограниченной этими стратегиями - отвлекать внимание, замирать или «быть милой», - она могла экспериментировать с новыми паттернами. Вместо того чтобы замирать, она могла сказать «нет». Вместо того чтобы отвлекать внимание, она могла четко заявить о своих потребностях и желаниях. Вместо того чтобы быть «милой», она могла выразить свой гнев насильнику. И, поступая так, она смогла ощутить свою собственную силу и потенциал: она больше не была женщиной, которая чувствовала и действовала как беспомощный ребенок; она стала женщиной, которая могла чувствовать и поступать как женщина.