7 октября [
1911 г.]. Пятница
Вот и я стала на рельсы.
И покатилась.
Успех, похвалы, вниманье.
Как я это переживаю?
Да мне хорошо, пожалуй.
И чувствую я себя иначе, чем было. Но есть и занятья.
Есть занятья. Это слово мне подсказал Владимир Иванович [Немирович-Данченко].
«Жду, когда Вы заживете полной жизнью». Вот что он мне сегодня сказал. Мы вместе выходили из театра. И это он сказал, садясь на извозчика.
Почему я это пишу? И разве это важно? Разве имеет какое-нибудь значенье? – Вздор. Слишком важна вся моя жизнь, моя общая жизнь сейчас.
Каждый мой день. Всё полно.
Я актриса, роль радует, Вас. любит. Есть всё.
Всё? Нет.
Разве это полная жизнь?
Разве я раскинулась во весь свой рост?
Нет.
И вот почему не полная жизнь.
Жизнь бывает полна или неполна не от комбинаций известных фактов, а от свободного и радостного выявленья себя, своей личности в каждый день своей жизни.
А этого свободного выявленья себя – нет.
Еще есть все же что-то глубоко запрятанное, что мешает жить вовсю.
10 октября [
1911 г.]
Иду играть.
Вас. больной. Вчера был «Дядя Ваня» – и весь вечер мы должны были быть вместе.
Захворал.
Царапает что-то мою душу. Какая-то глухая неудовлетворенность.
И потом эти вечные разговоры с мамой.
Будет ли когда-нибудь то, чем я живу, о чем [здесь вырван как минимум один лист с текстом, но смысл записи не прерывается] мечтаю.
Он сказал – после «Гамлета». Осталось два месяца с половиной.
16 октября [
1911 г.]
Третьего дня кутили. Смешно было, немножко глупо и мило. Вернулась домой в 9 ½ утра. Были с Васей – все время. Люблю я его. Мне кажется, сейчас моя любовь начинает подходить к своей самой высокой точке.
Что выйдет из моей жизни?
Из нашей жизни?
И все последнее время грустно мне бесконечно…
Такой упадок энергии.
17 октября [
1911 г.]. Понедельник
Все время было у меня предчувствие чего-то нехорошего.
И вот случилось.
Нина [Литовцева] что-то выкинула сегодня ночью. Ничего не знаю, обещал все рассказать. Убитый, без сил, возился с ней целую ночь. Говорит, покушенье на самоубийство.
И я причина.
Предупредил, что, если она придет ко мне – надо врать, говорить, что дальше дружбы нет ничего.
Волнуюсь.
Что и как выйдет из всего этого.
Может быть, все порвать, развязать, распутать их жизнь. Но лучше ли это будет.
20 [
октября 1911 г.]. Четверг
Сегодня столкнулась с Ниной [Литовцевой] в театре. Поздоровалась. Она ответила. Но потом, когда я спускалась с лестницы, она, увидя меня, демонстративно повернулась и прошла к мужским уборным. Я дала им уйти и вышла немного спустя. Но они стояли во дворе и разговаривали. За что-то она его отчитывала и потом побежала вперед, он грустно поплелся за ней.
Как мне жаль его.
И ее я понимаю.
И себя понимаю. Что же делать?
Как распутать жизнь?
Уйти мне, но лучше ли им будет. Легче ли ей?
И почему она его так мучает?!
Ой, как мне жалко Васю.
Милый мой, как мне его жаль.
22 [
октября 1911 г.]
Сейчас вспомнила Петербург – один день – это была такая красота, об этом дне нельзя рассказать. Поплавок. Мы сидели обедали у окна. И закат. Нежная весна, изумительный мягкий воздух.
Сейчас вспомнила и расплакалась. От счастья. Что такой день в моей жизни был, и от отчаянья – что такая возможность и такая полная невозможность счастья.
Я так стосковалась по нем. Вот уже сколько дней мы не виделись. Порой мне кажется, что дальше так жить я не смогу.
23 [
октября 1911 г.]. Воскресенье
Написала ему письмо в театре. Что дальше так нельзя.
Невыносимо на душе.
И главное, эти намеки мамы.
Я держу себя в руках, но каждый ее взгляд на меня, все раздражает. Не знаю, что делать. Трудно так жить.
Вечер вчера я так ревела, сдерживала себя, и горло душили рыданья. Это невыносимо. Нет возможности даже выплакаться.
После «Живого трупа».
Получила от Васи письмо. Поговорили с ним.
Он все говорит – я должна ему верить. Он прав.
Нужна такая большая вера.
24 [
октября 1911 г.]
После «Трупа».
Сегодня Вася не играл646.
вернуться
646
Сегодня Вася не играл. – В роли Виктора Каренина в «Живом трупе» у В. И. Качалова был дублер К. П. Хохлов.
