Электронная книга - «Мне больше не страшно (СИ)». Краткое содержание книги:
Антон сидел, задумавшись. Значит и Рома, и Денис тоже сироты. И как это так получилось, что они трое встретились, бывает же такое…
Когда Рома закончил возмущаться, Антон спросил как можно ненавязчиво:
— А не ссорились ни разу с ним? Из-за девчонок, например? Наверняка ведь девчонок делили…
— Да делить-то некого было! — фыркнул Ромка, — Если этот козлина рядом, то не видать мне девчонок как своих ушей. Липнут на него, как мухи на говно.
Было видно, что Рома немного завидует популярности Дениса. Да и сам Антон вообще-то тоже завидует. Или всё-таки ревнует?
— Иногда мне кажется, — продолжил Рома, — чем доступнее, тем ненужнее. Вот липнут девчонки на него, а сам он к ним абсолютно равнодушен, трахнет разок и на другую переключается.
— Наверное, пока не встретил ту самую, единственную, — пробормотал Антон и встал из-за стола.
Той ночью долго не мог уснуть, то и дело вспоминая их вечерний с Ромкой разговор. Он никогда не задумывался о других, об их семьях, видимо, сильно зациклен на своей истории, а про других думать было некогда. Это ведь он самый несчастный и обиженный судьбой.
Стало мерзко от самого себя и от своей зацикленности на прошлом и мысли Антона перетекли в другое русло.
Ромка не обмолвился о том, что Денису могут нравиться парни, только о девчонках говорил. Но это и понятно, такое попробуй, расскажи, сразу же отпиздят.
Антон ломал голову, зачем же всё-таки Воскресенский целовал его?
Неужели решил попробовать с парнями?
Девчонки надоели?
Или всё-таки проспорил?
Антону тут же вспомнились его хриплый голос, шумное дыхание, потемневший взгляд, разве такое можно сыграть? Если бы догадка о том, что Денис элементарно хотел посмеяться над ним, оказалась верна, сейчас бы, наверное, весь универ знал об их поцелуе в музее.
Надо просто спросить у него самого! Эта мысль мелькнула в голове Антона, и сразу же всё встало на свои места. Почему он сразу не додумался до этого? Подойти в открытую и потребовать честного ответа.
Но что это изменит для него, Антона? Разве он от признания Воскресенского поменяет своё мнение, разве он перестанет быть натуралом? А был ли он им когда-нибудь? Почему ни разу не испытывал тягу ни к одной девчонке? Почему он в буквальном смысле млеет от прикосновений Дениса? Устав от этих мыслей, Антон перевернулся на живот, уткнулся в подушку и закрыл глаза, считая овечек. Он мог лишь надеяться на то, что этой ночью ему не будут снова сниться кошмары.
========== Часть 8 ==========
Денис аккуратно повесил чехол с гитарой у двери, затем разулся и, открыв дверцы шкафа, бережно положил на его дно ещё одну гитару в чехле. Он смертельно устал от перелёта, из аэропорта студентов довезли на автобусе, от этой поездки он тоже устал. Он от всего устал. Хотелось грохнуться на кровать, не раздеваясь, но ещё больше ему хотелось спуститься на второй этаж и пойти к первокурсникам в 205 комнату. И не потому что давно не виделся со своим старым другом, с ним-то как раз они только что виделись, ведь Ромыч встречал его на остановке. Он хотел увидеть его белокурого голубоглазого соседа.
Денис сходил в душевую, смыл с себя противный дорожный запах, оделся, затем взял гитару и отправился к первокурсникам. Без стука распахнул дверь.
Его глазам предстал Антон, аккуратно нарезающий торт, и Ромыч, сидящий за столом и чуть ли не подпрыгивающий от нетерпения.
Антон повернул голову, и, увидев Дениса, охнул. Нож, перемазанный в торте, упал сначала на стол, а затем под стол, размазав за собой крем по полу.
— Дэн, ты как раз вовремя! Смотри, какой вкусняхой Антоха сегодня угощает.
— Чёрт возьми! — с досадой воскликнул Антон, забравшись под стол.
— Антоха, а какой повод? — поинтересовался Ромыч.
Денис, кажется, догадывается о поводе.
— День рождения, — донёсся голос Антона из-под стола. Он выпрямился и тут же встретился с пронзительным и напряжённым взглядом Дениса.
— Он же у тебя только через два дня, — уточнил Денис, после долгого молчания голос был хрипловатым.
Антон поспешно отвёл взгляд и вновь принялся за торт, неуверенно отвечая:
— Я в эти выходные уезжаю, поэтому решил заранее…
— Блин, я даже не знал, что у него днюха, — прошептал Ромыч, наклонившись к севшему рядом Денису, — А тебе откуда известно?
Ромычу вовсе необязательно знать, что у Дениса, как члена студсовета, имелся доступ к личным делам студентов. Не стоило уточнять и то, что доступ был не совсем официальный. Ему также необязательно знать и того, что Денис прошерстил всё его личное дело и узнал, что у парня нет родителей, и опекуном является старшая сестра его отца.
— В студенческом билете случайно увидел, — пожал плечами Денис и доверительно прошептал, — Кстати, подарок у меня в шкафу. Я из Питера привез.
— Антоха, ну, с днюхой тебя! Мы тебе подарок приготовили, надо его забрать у Дэна в комнате, — выдал Ромыч, с аппетитом хватая первый кусок торта. — Слушай, может, тогда гостей позовем? Ольку, например или…
— Не надо! — слишком поспешно воскликнул Антон.
Ромыч заржал:
— Всё правильно! Нам и троим тут мало, никого не будем звать.
Денис непроизвольно сжал челюсти, заскрипев зубами. Ему вспомнились те сообщения от Ромыча, в которых он рассказывал о том, что «Антоха гуляет с Олей, ну та, которая рыженькая».
Денису тогда в ярости хотелось запустить телефон в стену.
“Ну и кого ты пытаешься обмануть, Тоша?” — взбешённо думал Денис, уставившись невидящим взором в стену.
Никогда у Дениса не возникло бы такой тяги к натуралу! Он согласился терпеливо подождать, видя, как парень сомневается, он согласился дать ему время, чтобы тот принял неопровержимый факт, но, чёрт возьми, если он еще и девчонок трахать будет, чтобы это понять, то…
— Дэн, сейчас самое время спеть подходящую песню, — обратился к нему Ромыч, вырывая из воспоминаний последних дней. — Есть в твоём репертуаре такая?
— Ещё бы, — усмехнулся Денис, доставая гитару.
Забирай меня скорей!
Увози за сто морей
И целуй меня везде,
Восемнадцать мне уже!
Пришлось заткнуться и отложить гитару, потому что у Антона был такой взгляд, как будто он сейчас этим самым ножом нанесёт ему несколько колотых ранений.
Денис не может сдержать улыбки и не может отвести взгляд от Антона.
Ромыч заржал, уплетая торт:
— Давай не сейчас, подожди, пока нож отложит в сторону.
Пока пили чай и ели торт, Денис коротко отвечал на вопросы Ромыча про поездку, а взгляд то и дело возвращался к молчаливому Антону. Его короткие светлые волосы всё время лезли в глаза, поэтому Антон стянул их чёрной резинкой, что была у него на запястье.
Наблюдая за ним, Денис понял, как же сильно он скучал по этим пшеничным волосам, по этой выбивающейся пряди волос, по его жестам, когда он забирает свои волосы в чёрную резинку. Как же он, оказывается, скучал по этому мелкому вредному упрямому пацану! Просто находиться с ним рядом, и смотреть на него было уже хорошо.
Кусок в горло не лез, видимо, от усталости, но Денис продолжал ковыряться ложечкой в тарелке, то и дело, кидая взгляды на Антона.
В уголке его губ остался взбитый крем, белокурый попытался слизать его, проведя кончиком языка по губе.
Дениса кинуло в жар, видимо, от неприличных мыслей, что посетили его голову в этот момент. Парень понимал, что надо прекращать пялиться на него, вон уже и Ромыч начал подозревать что-то, но отвести взгляд было просто невозможно.
Антон подцепил пальцем крем с куска торта и отправил его в рот. Глаза прикрыл от удовольствия, облизал палец и вновь повторяет свой манёвр.
Такое вытворять незаконно, потому что нельзя быть таким сексуальным и возбуждающим!
Денис нервно прокашлялся, сползая на стуле ниже, чтобы никто не заметил его стояк.