А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 2 [litres]

А. С. Хомяков, Ю. Ф. Самарин, братья И. С. и К. С. Аксаковы, А. И. Кошелев считали, что необходима крестьянская реформа, социально-экономические преобразования, но община как специфический институт хозяйства России должна сохраняться. Вслед за бароном А. Гакстгаузеном они утверждали, что сохранение сельской общины в пореформенной Российской империи предотвратит ряд социально-экономических и политических противоречий, свойственных западноевропейской цивилизации («пролетариатство», социальные революции). Институтом, который определял бы путь со своеобразными формами производства, славянофилы и народники, вместе представлявшие «экономический романтизм», провозгласили русскую сельскую общину. Исконно русский, идущий из национальных глубин институт общины с его соборностью, производственной демократией славянофилами был противопоставлен «индивидуальной изолированности», «жизни контракта и договора», западному пути рационализма и эффективности. По К. С. Аксакову, община – «не договорная, а бытовая», «это не контракт, не сделка, это проявление народного духа»[361]. Славянофилы исследовали общину в историософских, философско-экономических и метаисторических категориях как проявление провиденциальной самобытности России.

Прусский барон Август фон Гакстгаузен, совершивший в 1843 году за счет русского правительства императора Николая I полугодовое путешествие по центральным и южным областям России, написал трехтомное «Исследование внутренних отношений, народной жизни и в особенности сельских учреждений России» (1847–1852). Славянофилы в этой книге нашли подтверждение своим взглядам на русскую самобытность, проявившуюся в православной соборности, хоровом чувстве согласия, общинности, традиционной органичности хозяйственно-бытового уклада. Русская сельская община, по Гакстгаузену, пример для западного сельского хозяйства, за ней будущее. Барон отмечал, что утопические идеи западноевропейского социализма об уничтожении права наследства и уравнительного распределения собственности уже достигнуты в компактных русских сельских общинах без всякой социальной революции.