Прощание с Византией [publisher: SelfPub]

Тогда при поддержке Римской курии был разработан новый грандиозный план подчинить Франции Италию и Сицилию. Однако подготовка к новому походу осуществлялась крайне медленно и неорганизованно. Поскольку у Франции хватало своих проблем, Карл Валуа оказался предоставленным сам себе со всеми вытекающими последствиями. А тут еще неожиданно дала себя знать Анжуйская династия, правящая в Неаполитанском королевстве. Именно ее глава оживил идею нового военного преприятия против Византии и взялся его обосновать и организовать.

В качестве претендента на титул императора Константинополя их представителями был объявлен Филипп I Тарентский (1278—1331), сын Карла II Анжуйского (1248—1309) и Марии Венгерской, внук Карла I Анжуйского. Именно его брат король Карл Неаполитанский (1271—1295) уступил ему «права» на Эпир и Ахейское княжество и Латинскую Романию. И, реализуя замысел брата, уже в 1305 г. Филипп Тарентский женился на Тамаре Ангелине Комниной, дочери Эпирского деспота Никифора I, надеясь сделать его своим плацдармом[605].

Делать нечего, Франции пришлось поддержать нового претендента, выказывающего силу. И когда первая супруга Филиппа скончалась, Карл Валуа отдал ему в жены свою дочь Екатерину Валуа де Куртене (1303—1346), передав в качестве приданого «права» на Константинополь. А Французский король Филипп Красивый в 1314 г. особой грамотой обязал своего вассала императора Людовика IV Бургундского, ставшего по праву наследования князем Ахайи, оказывать содействие Тарентцу в походе на византийцев. Вслед за тем Римская курия официально передала Филиппу Тарентскому церковную десятину с Неаполя, Сардинии, Корсики и Латинской Греции, а его солдатам даровала отпущение грехов.

В 1318 и 1323 гг. небольшие французские эскадры попытались сделать нападения на Константинополь, чем чрезвычайно встревожили Византийского императора. И, презрев все упреки в адрес политики отца, Андроник II Старший отправил в Авиньон, где находился двор папы, миссию с предложением восстановить переговоры о церковной унии (!). Правда, весьма сомнительно, что он всерьез считался с такой возможностью, но факт остается фактом. Однако французская надменность и начавшиеся трения с внуком не позволили Андронику II Палеологу начать переговоры[606].

Но только в 1325 г. войска Филиппа Тарентского вторглись в Эпир и захватили часть территории этого деспотата. Впрочем, дело дальше не пошло, поскольку в Леванте назревали грозные события, вскоре захватившие умы современников тех лет, – возможность полной ликвидации Утремера.