Зона отчуждения

го не видел, то на отца моих клонов, понимая, как же они на него похожи. - Прекрати немедленно, Ян! Не городи ерунды! Мы расстались с вашей мамой, и это никак к вам со Святом не относится! - Да, ладно? Правда? А чего же я тебя как-то не наблюдал все это время ВОЗЛЕ НАС! А? - Ян, тебе обязательно нужно устроить выяснения отношений прилюдно? - мужчина попытался взять себя в руки и вернуть разговор к прежней теме. - Мне вот интересно, почему твой друг по-человечески одет, волосы не выкрашенные, ничего на нем не навешано, неужели тебе обязательно выделяться таким образом? - Дру-у-у-г? - каким-то очень странным тоном протянул Ян, скосившись на меня, и вдруг его пальцы скользнули с моей шеи на затылок, зарываясь в волосы уже совсем не по-дружески. И смотрел он мне, одуревшему от происходящего, в глаза, чуть прищурившись, а вздрагивающие от эмоционального возбуждения губы тронула нежная улыбка. - Знаешь, папуля... А ведь это не просто друг... Это - мой парень, - вдруг почти спокойно, но хрипло, выдал он, и только потом перевел взгляд на замершего с полуоткрытым ртом отца. - Что? - придушенно спросил тот, не веря ни глазам, ни ушам. - Что ты сказал только что? - Я сказал, что этот парень - мой любимый человек, понятно? - с тихой яростью и бунтарством в голосе пояснил он, опустив по моей спине руку, и теперь просто обнимал меня за пояс. Мужчина, по-моему, забыл, как дышать. Он пару раз открыл рот, оглядываясь на ожидающую его женщину, показывая при этом на Яна, что-то пытаясь сказать, но получались только какие-то странные звуки. Я в это время смотрел то на него, то на Яна, видя в его глазах радость пополам с каким-то жестоким чувством удовлетворения. Как я себя чувствовал в этой ситуации? Да, пипец просто!!! Мне на какую-то секунду все показалось таким нереальным, что хотелось попросить себя ущипнуть, чтобы проснуться. Но сном ЭТО не было... И отца клонов прорвало: - Да, как ты смеешь!? Что все это значит? Как ты можешь? - он сыпал вопросами, красный, возмущенный донельзя, пытающийся расстегнуть верхнюю пуговицу на рубашке под галстуком. - Я как могу? Я? - Мозаик отпустил меня и сделал шаг вперед, а я бездумно цеплялся за его рукав, боясь подпустить его к широкоплечему мужчине еще ближе. - А вот ТАК! Ты не в курсе, что очень часто в неполных семьях вырастают геи? Не в курсе? Так вот теперь будешь знать, понял? Да, я педик! Знай это! Знай, па-пу-ля! - Что? Да, я... Думай, прежде чем говоришь! Как ты смеешь меня в этом упрекать? Сопляк! - Иди к черту! Понятно?! Иди! Тебя вон ждут! - Ян был на пределе, и мне было до одури страшно за него. - Ян... Ян, не надо, пожалуйста! - я пытался его удерживать. - Не хочу тебя ни знать, ни видеть! Вали! Вали подальше! Ненавижу! - последнее было сказано с хрипом каким-то внутренним, с надломом в голосе, и после этого Яна как-то согнуло на секунду, а когда разогнулся, вздохнул так, как будто вынырнул из воды. Я испытал накатывающий страх, не сомневаясь, что с Яном начинает твориться что-то очень плохое. - Ян! Нет! Перестань! - мне так хотелось схватить его в охапку и отвести в сторону, но он выдрался из рук - Не хочу тебя знать! Не хочу! - это действительно было хрипом, я видел, какой он стал бледный. - Ян! Сынок! То, что Яну становится плохо, видел уже не я один. Мужчина рванул к нам, когда я снова вцепился в моего эмо-боя, чувствуя, что еще чуть-чуть - и он просто осядет на землю. В этом я почему-то не сомневался. - Уйди-и-и... Не-е-ет... - надрывный шепот Яна, ударивший по нервам кувалдой, и мне все-таки удалось его остановить и притянуть к себе. И тут он начал кашлять так, как кашляют поперхнувшиеся люди. Это было жутко... Его снова согнуло пополам, и я подумал, что его сейчас вывернет. Но тут было совсем другое, и до меня это дошло после того, как услышал: - Ян, твоя мама же говорила, что все в порядке! И когда я понял, ЧТО на самом деле творится с Яном, меня резко накрыл ужас, смешанный с диким бешенством, и я заорал: - Хватит вам! Вы что, не видите, что происходит?! Я орал так, как, наверное, не орал никогда, тем более на взрослого человека, и смотрел в квадратные глаза мужика, растерянного, шокированного всем, что происходило, и от моей на него реакции. Мне реально хотелось его убить. Или хотя бы въехать в челюсть. Но, при всем желании, я не мог отойти от склонившегося Яна, я же практически его держал. - Дин... Пожалуйста... Пошли отсюда... - сквозь кашель и хрип простонал Мозаик в моих руках. - Не хочу... Видеть... Он начал понемногу распрямляться, все так же кашляя, с усилием вдыхая воздух между кашлем. Мне казалось, что у него в груди меха, так все там свистело и хрипело. Я придерживал его тонкое дрожащее тело, ощущая, как он все больше слабеет и как все тяжелее дышит. - Уйдите... - сквозь зубы процедил я, глядя волком на обескураженного и бледного отца близнецов и даже не задумываясь, подхватил на руки своего мальчика, зная, что нужно добраться к моей, оставшейся на скамейке, куртке, уже не сомневаясь, что у Мозаика начался приступ. - Ди-и-ин... Зачем ты... - мое разноглазое чудо даже в таком состоянии пыталось выглядеть сильнее, чем было на самом деле. - Затем, епт! Мне навстречу со скамейки дернул Кир, и мы уже вдвоем аккуратно усадили Яна. Он задыхался, по вискам тек пот, по щекам слезы, и, что убивало больше всего, пальцами на груди начал раздирать на себе кенгуруху, а у меня просто разрывалось сердце. - Может, скорую, Дин? - Кир был перепуган не меньше меня. Дежа вю... - Нет! Сейчас, подожди! - я сам расстегнул ворот на Яне. - Держи его! Сядь, ну?! - это я уже психовал на мечущегося Кира. И, когда он обнял Яна, поддерживая, я схватился за свою куртку трясущимися руками, добираясь до внутреннего кармана. - Ян, бля-я-я... Ну, что же ты так? Сейчас, подожди! - шептал я, наконец-то, нащупав то, что надо, рванул молнию и достал баллончик. - Ян... Ян, слышишь? - я взял его руку, вкладывая в нее лекарство, - маленький... Пожалуйста... Это твое, слышишь? - я постарался повернуть к себе его лицо, чтобы он понял, что к чему. - Это ингалятор, котенок, лекарство твое! Пожалуйста, Ян! Я присел перед ним, касаясь свободной рукой наколенника и с мольбой глядя в его молочно-белое лицо. Он глянул на меня ошалевшими мутными глазами, дыша открытым ртом... Облизал губы, посмотрел на баллончик, свел брови: - От... Откуда он... У тебя, Дин? - Нет, это не мое, успокойся! Это Свят мне дал. Тебе это нужно, - Ян чуть кивнул. - Встряхни его, Дин, - прохрипел он с усилием, и я, снова взяв ингалятор, встряхнул его, затем, стянув с него колпачок, вернул, и он поднес ко рту, втянул воздух вместе с распыленным лекарством, тихо шипящим под давлением. Раз, второй... После этого он отдал мне лекарство, откидывая голову назад на плечо Кира, и я, пристально наблюдавший за ним, практически сразу заметил, как постепенно начинает исчезать этот, пугающий меня до смерти, свист в груди моего парня. Господи, как же я хотел, чтобы ему стало легче! В голове носились мысли срочно позвонить Святу, только понимал, что бесполезно, если он в бассейне. Скорую? И, как в ответ на мои мысли, услышал женский голос: - Это поможет, да? - резко повернулся туда, где стоял отец Яна, беспокойно глядя в нашу сторону, приобнимая ту самую женщину. Стиснул зубы, но сейчас было не до них. Я аккуратно расстегивал и снимал с Яна наколенники. - Да... Это от астмы... Поможет, обязательно! Всегда помогало, - откликнулся почти дрожащий от волнения мужской голос. - Я не знал... Так надеялся, что у него все это в прошлом. - Может, нужно неотложку вызвать? Он такой бледный... - Не думаю, что это понадобится. Ему уже легче. Пройдет. - Черт же... Пусть уже идут нах, а? - прошептал Кир, недовольно глянув на говоривших. Я промолчал, лишь шумно, с возмущением, выдохнул, после чего Ян сглотнул и протянул мне руку. И я, даже не задумываясь, накрыл его ладошку своей, лаская тонкую кисть пальцами. - Все хорошо, котенок... Все хорошо, - шептал я, уже не прислушиваясь к голосам. - Дин, может, ему теперь воды? - я видел, как напряжен Кир, чувствуя на плече голову Мозаика. - Может, мне за минералкой смотаться к остановке? Я быстро! - Ян... Воды хочешь? Будешь пить? - я тихонько сжал холодные пальцы моего эмо, кивнувшего через секунду. - А давайте я слетаю? - за спинами все это время маячил Алик, но помочь он смог только тем, что донес сюда доску и перчатки Яна, оставленные им на пандусах. - Окей, только без газа вообще, - я глянул на Альку через плечо, и он рванул в сторону магазина, я тут же уставился исподлобья на подходящего отца Яна. - Я хочу предложить... Мы на машине, давайте отвезем вас домой? Он несколько часов будет такой слабый, что не сможет идти нормально. - Смогу, - тихо, но твердо, почти нормальным голосом сказал Ян, чуть приподнимаясь и тут же расслабляясь невольно. - Уйди... Я прошу тебя... Не поеду с тобой... Господи, насколько же мне легче стало! Нет, не потому, что он отказывался, а потому, что его на самом деле понемногу отпускало. - Ян, не будь ребенком! Ты хотя бы подумай о друзьях, это им сейчас надо будет возиться с тобой, понимаешь? - отец Яна говорил спокойно, тихо и уверенно. И мне это понравилось. - Мы все сделаем сами, - я тоже смотрел на мужчину спокойно, ну, почти спокойно, и говорил также. - Вы не понимаете! Ему нельзя сейчас в транспорт. А трамваи в час пик битком! Только хуже станет! Ян, давай, я хоть такси вызову! Молодой человек, будьте хоть вы благоразумны! Я перевел взгляд на Яна. Мы не брали с собой деньги, хотя и можно было бы сбегать за деньгами по приезду, но меньше всего мне бы хотелось оставлять Мозаика одного в машине. Черт! - Не отказывайтесь, - продолжали �