За пределами эмпатии. Терапия контакта-в-отношениях
- Автор: Эрскин Ричард Г., Морсунд Джанет П.
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Iнтерсервiс
- ISBN: 978-617-696-739-2
- Жанр: Психология
Электронная книга - «За пределами эмпатии. Терапия контакта-в-отношениях». Краткое содержание книги:
В этой книге авторы уделяют много внимания важности отношений в психотерапии. Отношения между людьми составляют основу нашей повседневной жизни.
Авторы описывают интегративный подход в психотерапии, который они разработали и теперь преподают в Институте интегративной психотерапии в Нью-Йорке. Он опирается на клиент-центрированную терапию Роджерса, Транзактный Анализ Берна, гештальт-терапию Перлза, психологию самости Кохута и работы британских теоретиков объектных отношений. Эта книга знакомит с теорией, лежащей в основе такого подхода, приводя примеры реальных бесед между терапевтами и клиентами, чтобы проиллюстрировать представленные концепции. Во второй части книги подробно описано применение этого метода в терапевтической работе, также там приведены практически полные транскрипты семи терапевтических сессий. Они включают примеры психотерапевтической регрессии, работы с родительским интроектом, психотерапию пар и многое другое.
Сара: Мое тело отвечало, и я не оттолкнула его.
Терапевт: Это естественно.
Сара: И я выдвинула этот диван - получилась кровать - и сказала ему, что он получил от меня то, что хотел, и теперь, теперь он должен кое-что вернуть.
Терапевт: Что вы имели в виду?
Несмотря на то, что терапевт могла довольно хорошо понимать, что имела в виду Сара, есть несколько причин, почему все же было важно задать этот вопрос. Во-первых, она могла ошибаться. Фраза было несколько неоднозначной и у нее могли быть дополнительные значения, личные для Сары. Во-вторых, вопрос четко сообщает Саре, что терапевт здесь, что она внимательно слушает и ей важно то, что говорит Сара. Кроме того, голос терапевта звучит нейтрально; в нем нет никакой подразумеваемой критики, которую Сара могла бы использовать, чтобы подкрепить свое чувство стыда. И наконец, осознанность Сары улучшается, когда она выражает словами то, что прежде проявлялось в неясных символах.
Сара: Я имела в виду, что я возбудилась, и теперь ему придется удовлетворить меня. Вот только он засмеялся мне в лицо и сказал: «Ты не понимаешь» - с этой ухмылочкой на лице. Он добавил: «Теперь я не могу этого сделать». Я его ненавидела!
Терапевт: Он не собирался удовлетворить вас, после того как получил от вас то, что хотел?
Сара: Нет, потому что он...
Терапевт: Какой подонок!
Вовлеченный терапевт может поймать себя на спонтанной и личной реакции в ответ на то, что сказал клиент. В нашем случае озвучивание спонтанного ответа было терапевтически полезным с той точки зрения, что это было нормализацией: у женщины есть естественная потребность получать удовлетворение в сексуальном взаимодействии, и мужчина, который удовлетворил себя, а после этого отказывается быть внимательным и отзывчивым, - это подонок!
Сара: Да, но он сказал мне, что это я дура, потому что не знаю, что у него не может снова встать. Он смеялся надо мной, потому что он получил то, что хотел. И знаете что? Это так ужасно! Той ночью я разрешила ему спать в этой кровати вместе со мной. Из-за вот этой вот безумной мысли, что я вроде как не хочу выбрасывать его на улицу.
В этом ответе мы видим, как Джерри подкрепил стыд Сары. Мало того, что она критиковала себя за свое физиологическое возбуждение, так еще и он покритиковал ее за наивность; теперь, выходит, было что-то не так и с ее телом, и с ее мозгом. И она также готова критиковать и стыдить себя за то, что позволила ему переночевать у нее, не осознавая, что причиной ее поведения могла быть естественная потребность / надежда / желание, что каким-то образом травма будет нейтрализована, что изнасилование превратится в акт любви, а насильник - в искренне влюбленного мужчину. Сможет ли она осознать присутствие этой надежды и увидеть, что ее действия вполне понятны и что она заслуживает сострадания, а не стыда?
Терапевт: Вы не хотели его выгонять - какая надежда была у вас?
Сара: Я не хотела выгонять его из дома; это вроде о том, что я не хочу ранить его чувства, ну, не хочу вышвыривать его посреди ночи. Да, и, может быть, в глубине души я надеялась... возможно, я надеялась... что... что я что-то почувствую.
Терапевт: Какая прекрасная надежда.
Сара: О, это...
Терапевт: Вы надеялись, что, возможно, сможете вернуть себе мечту хотя бы отчасти?
Сара: Нет, не мечту, просто секс - и вот поэтому мне так стыдно. Я начала что-то чувствовать, но это были смешанные чувства, грязные, запятнанные, и я чувствовала себя шлюхой.
Сара полна решимости не лгать и не оправдывать себя, и она снова возвращается к позиции «со мной что-то не так». Теперь получается, что у нее есть не только биологический изъян, но она еще и шлюха. Ранее выглядело так, что Сара согласилась с утверждением терапевта о том, что ее реакция была «биологией», но сейчас она снова вернулась к стыду. Следующий ответ терапевта является конфронтацией: она указывает на несоответствие между тем, что Сара приняла свою реакцию как нормальную, биологическую, и тем, что она стыдится ее.
Терапевт: Можете ненадолго вернуться чуть назад? Что стыдного в тех естественных реакциях, которые вы описываете?