![Небесная голубизна ангельских одежд [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/0/6/5/3/nebesnaya-golubizna-angelskih-odezhd-litres-download.jpg)
Небесная голубизна ангельских одежд [litres]
- Автор: Осокина Елена Александровна
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 978-5-4448-1085-9
- Жанр: История искусств
Электронная книга - «Небесная голубизна ангельских одежд [litres]». Краткое содержание книги:
Об уязвимости тезиса «бросовых цен» свидетельствует и мнение известного лондонского антиквара. Ричард Темпл купил свою первую икону в 1956 году. По его свидетельству, цены в то время колебались от 20 до 200 долларов за икону[1010]. Если в 1950‐е годы цены на русские иконы были столь невысоки, то что же говорить об экономической депрессии 1930‐х годов, когда этот вид антикварного товара практически не имел рыночного спроса, а покупательная способность денег была значительно выше, чем в 1950‐е годы. Резкий скачок цен на русские иконы произошел лишь в 1970‐е годы.
И наконец, какими бы низкими ни казались современному человеку цены, по которым Ашберг, Ханн и другие коллекционеры покупали русские иконы у «Антиквариата», сами по себе эти цены не могут быть доказательством продажи фальшивок. Антикварная реставрация могла превратить икону в подделку, но доказывать это следует не огульно, ссылаясь на якобы «бросовые» цены на иконы, а конкретно и специально в отношении каждой отдельной иконы. В экспортном фонде «Антиквариата» оказалось немало прекрасных произведений искусства.
Глава 3. «Молчи, грусть… Молчи»
В продолжение дискуссии о художественном и историческом значении проданных в 1930‐е годы икон важно мнение ведущих специалистов – сотрудников самой Третьяковской галереи. Всех, кого интересует это мнение, ждет разочарование…
За исключением двух икон из первоначального собрания Павла Третьякова, все иконы, переданные из Третьяковской галереи на продажу, относятся к ее приобретениям советского времени. Они поступили в галерею накануне или во время самой распродажи. Иконы привозили сотнями, и к концу 1930‐х годов отдел древнерусского искусства ГТГ насчитывал уже более трех тысяч произведений[1011]. Несколько десятков икон первоначального собрания Павла Третьякова, как капля воды, растворились в этом иконном море. В те годы галерея жила в состоянии постоянного аврала. Не хватало хранилищ, не хватало людей, не хватало времени. Немногочисленный штат сотрудников едва успевал регистрировать и инвентаризировать новые приобретения. Изучение икон, требовавшее кропотливой работы, затянулось на десятилетия. Оно не закончено и по сей день. В условиях аврала 1930‐х годов сотрудники галереи, отдавая иконы в «Антиквариат», либо повторяли ту атрибуцию, с которой иконы поступили в их музей, либо оценивали их бегло «на глаз», без микроскопа и рентгена.
И в наши дни у искусствоведов Третьяковской галереи нет ни времени, ни, похоже, интереса к проданным произведениям искусства. Никто из сотрудников галереи, согласно ответу на мой запрос, не занимается этим вопросом[1012]. Отсутствие интереса к проданным иконам можно понять: у них теперь другие владельцы и кураторы. Однако хотя своих собственных исследований о проданных иконах сотрудники галереи не вели и не ведут, твердое мнение о ценности того, что было продано, имеют. Это мнение высказывается и в частных разговорах, и в официальных публикациях галереи.
В беседах с сотрудниками Третьяковской галереи я побаивалась упоминать имя Тетерятникова, так как уже имела плачевный опыт в других музеях. Владимир Тетерятников, как рассказано ранее, считал практически все иконы из коллекции американского авиапромышленника Джорджа Ханна, среди которых полсотни икон из Третьяковской галереи, новоделом начала ХХ века. Только одиннадцать из икон Третьяковской галереи, купленных Ханном, не попали в книгу Тетерятникова «Иконы и фальшивки» (прил. 21 № 11, 15, 22–24, 27–29, 32, 43, 46), и, скорее всего, не потому, что он считал их подлинными. Видимо, не удалось собрать материал. «Придуманными» и «бессмысленными», по его мнению, были и номера на обратной стороне икон, в том числе инвентарные номера ГТГ[1013].
Мои опасения упоминать имя Тетерятникова в стенах Третьяковской галереи оказались напрасными. Те сотрудники галереи, с которыми мне удалось поговорить, сами первыми и охотно ссылались на него[1014]. «Экспертиза» Тетерятникова, которая, напомню, была основана на кратком и спешном визуальном осмотре икон во время предаукционного показа в 1980 году, вполне устраивает сотрудников Третьяковской галереи, так как согласно ей из ГТГ не было продано не просто ни одной старой или ценной, но фактически ни одной нефальшивой иконы.
1010
Temple Richard. In Defence of Good Icons. Вырезка из журнала, сохранившаяся в архиве Тетерятникова (29/2). Название журнала не указано.
1011
См., например: ОР ГТГ. Ф. 8. IV. Оп. 1. Д. 387. Л. 87–89.
1012
Есть примеры сотрудничества ученых МГУ и западных искусствоведов по атрибуции проданных икон. Например, экспертиза Э. С. Смирновой икон из бывшей коллекции Ашберга в Национальном музее в Стокгольме. Улоф Абел для музейного каталога 2001 года выбрал атрибуцию Смирновой (см. дискуссию в: Havice Ch. Тhe Dormition of the Virgin Icon // Four Icons in the Menil Collection / The Menil Collection Monographs. Vol. 1. / Bertrand Davezac, ed. Texas: Menil Foundation, Inc., 1992. Р. 39).
1013
Только одну икону, «Свв. Макарий Александрийский и Макарий Египетский», Тетерятников признал принадлежавшей галерее, и то только потому, что ее в каталоге древнерусского собрания ГТГ 1963 года упомянула Антонова, признав, что икона принадлежала первоначальному собранию Третьякова.
1014
В начале 1990‐х годов, вернувшись в Россию, Тетерятников официально представлял себя консультантом ГТГ. Он сам себе изготовил визитную карточку с логотипом Третьяковской галереи. Материалы для ее изготовления сохранились в его архиве.