Мобилизованное Средневековье. Том 1. Медиевализм и национальная идеология в Центрально-Восточной Европе и на Балканах

Во время Второй мировой войны поляки спасли полотно от немецких захватчиков, которые позиционировали себя наследниками рыцарей Тевтонского ордена и мечтали уничтожить картину, показывающую проигрыш их кумиров. Поляки спрятали картину в ящик и вывезли в Люблин, поместив ящик в одно из помещений музея. Когда немцы потребовали здание Люблинского музея для своих нужд, то ящик с картиной был закопан в нескольких километрах от города. За предоставление сведений о нахождении полотна предлагались огромные деньги, но место его хранения так и не было рассекречено.

Еще одна интересная тема в творчестве Матейко — это обращение к сюжетам, связанным с историей средневековой Руси. Здесь он отдает предпочтение эпохе Ивана Грозного. В 1872 г. художник пишет полотно «Стефан Баторий под Псковом» (Королевский замок, Варшава). На этот раз художник выражает свою мысль не через батальный жанр, картина носит скорее историко-бытовой характер.

Сюжет, запечатленный на полотне, показывает события, произошедшие в ходе Ливонской войны после осады Пскова войсками польского короля Стефана Батория. Русское посольство обращается к полякам с целью заключения мира. В истории такого события не было, но, показав коленопреклоненных послов Ивана Грозного перед Стефаном Баторием, художник тем самым говорит о необходимости не только вспоминать великое прошлое, но и действовать. Живописец понимает, что после разгрома восстания 1863 г. в искусстве можно использовать только аллюзии, а не открытые призывы.

В 1875 г. Матейко пишет еще одну картину, связанную с эпохой Ивана Грозного. На этот раз сам русский царь стал одним из героев полотна. Он изображен во главе шествия к месту казни своих жертв. Если картина «Стефан Баторий под Псковом» и имела множество исторических неточностей, но была благосклонно принята не только международной, но и российской художественной элитой, то эта картина вызвала яростные нападки в печати из-за трактовки образа и эпохи Ивана Грозного. Сразу же после представления картины публике рецензент журнала «Всемирная иллюстрация» писал о ней следующее: «…читая на этикете „Иоанн Грозный“, русский созерцатель картины Матейко готов не раз допустить, что изображенная личность вовсе не царь Московский, издатель Судебника, а государь какой-либо другой страны. Очевидно, художник не мог отрешиться от польщизны…»[721].