Зарубежный детектив
- Автор: Гарднер Эрл Стенли, Эксбрайя Шарль
- Серия: Антология детектива #1990
- Год: 1990
- Язык: русский
- Год: Молодая гвардия
- ISBN: 5-235-01046-9
- Переводчик: Н. В. Куско
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Зарубежный детектив». Краткое содержание книги:
Она не стала отвечать, а упала в глубокое кресло у окна и беззвучно разрыдалась. Комиссар подошел к кабинету и постучал:
— Шапез! Это я, Лаволлон, именем закона, откройте! Но в доме по-прежнему было тихо.
— Шапез! Именем…
Раздался выстрел, гулкое эхо разнесло его по всему дому. Мы не шелохнулись, а в это время стало слышно, как кто-то бежит по саду. Мадлен Шапез глухо застонала. К Лаволлону подбежал полицейский из оцепления.
— Господин комиссар, ничего…
— Ломайте дверь.
Полицейский, молодой, крепкий паренек, справился со своей задачей быстро. Лаволлон вошел в комнату первым. Он остановился у порога и шепнул мне:
— Ваша очередь, доктор.
Раскинувшийся в кресле Шапез издали казался спящим, но, подойдя ближе, мы увидели, что кровь, залившая правую часть лица, вряд ли позволит ему когда-нибудь пробудиться к жизни. Выстрел снес кусок черепа. У ног покойного валялся пистолет. Подошел комиссар.
— Избавьте от этого зрелища Мадлен.
У меня в кармане пальто всегда наготове большой носовой платок. Я развернул его и накинул на лицо того, кто еще совсем недавно был Октавом Шапезом. Пока я занимался этим мрачным делом, Лаволлон изучал письмо, которое покойник написал, прежде чем пустить в голову пулю. Дочитав, он протянул его мне.
«Мой дорогой комиссар!
Ограбление организовали мы с Беду. Нам обоим позарез нужны были деньги. Ему — на девицу, мне — на карты. Мы пошли на убийство, чтобы скрыть, что мы мошенники. Украденная сумма позволила нам разделаться с долгами, с которыми иначе нам бы не расплатиться. Но Беду испугался и решил во всем сознаться. Так я, по крайней мере, полагаю, поскольку меня предупредили, что он собирается пойти в комиссариат давать показания. Чтобы не позволить мерзавцу утянуть меня за собой в пропасть, я решил опередить его. Так что трусость и предательство не дадут ему никаких преимуществ.
Я прошу прощения у своей жены, хотя и не думаю, что могу на него рассчитывать. Но еще больше я нуждаюсь в прощении несчастного Пьера Турньяка, которого мы бесчестно сделали козлом отпущения и заставили расплачиваться за преступление, к коему он не имел ни малейшего отношения. Прощайте.
Октав Шапез».
После того как полицейские составили положенные протоколы, а люди из морга препроводили Шапеза к его помощнику, Лаволлон приказал отвезти Мадлен к своей жене, загодя предупрежденной. Мы покидали место событий поздно ночью. В машине Лаволлон пробурчал:
— Мне на роду написано постоянно приносить вам свои извинения. Итак, Турньяк невиновен… Но как найти его, все объяснить и попросить вернуться в тюрьму на короткое время, пока его не освободят официально?
Я признался, что не располагаю на этот счет никакой информацией. И добавил:
— Хотя Шапез и был сволочью, но в определенной порядочности ему не откажешь. В своем письме он называет сообщником только Беду.
— А может, других у него и не было?
— Вы так полагаете?
— Нет.
Комиссар проводил меня до дверей, где мы и распрощались. Он счел нужным посвятить меня в свои планы:
— Завтра утром вызову Налье и мадемуазель Пуантель.
— Интересно, как они отреагируют на смерть этих двоих…
— А вот мне интересно, кто позвонил Беду и вызвал в полицию, а потом уведомил Шапеза, что его дружок собирается его предать?
— Вы думаете Турньяк?
— А вы?
Вместо ответа я пожал плечами, мол, это выше моего разумения. Вставляя ключ в замочную скважину, я размышлял о том, что если эту ловушку во имя возмездия расставил Пьер, то, значит, он куда хитрее, чем мы полагали.
К моему изумлению, в квартире горел свет. Аделина и Элизабет ждали меня.
— Как, вы еще не легли?
Элизабет встретила меня очаровательной улыбкой.
— Деда, мы так волновались. Мы боялись, как бы с тобой не приключилась беда!
Я стал распекать экономку.
— Вы себя ведете легкомысленно. Малышка должна давным-давно спать!
— Как я могу заснуть, когда тебя нет дома!
Вот и ругай ее после этого!
Я все никак не мог решиться: подождать ли до завтра с известием о Пьере Турньяке, невиновность которого теперь признана официально. Но молчать я был не в состоянии: мне так хотелось поскорее их обрадовать!
— В сущности, может, вы и правильно сделали, что не стали ложиться, хотя это абсолютно недопустимо! Должен поделиться с вами потрясающей новостью.
Я смотрел по очереди на два с надеждой повернутых ко мне лица — одно морщинистое, другое гладкое, пара усталых глаз и пара чистых, но и в тех и других горел тот же пламень.