Гражданская рапсодия. Сломанные души
- Автор: Велесов Олег
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АТ
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Гражданская рапсодия. Сломанные души». Краткое содержание книги:
Роман о людях, пытающихся жить и любить на фоне того хаоса, который называется революцией.
От автора:
Это не экшен с морем крови, это сермяжные будни начала гражданской войны. Здесь нет «хороших» белых и «плохих» красных, здесь все хорошие и все плохие. На войне — а тем более на гражданской войне — ангелов не бывает, и кровь льют одинаково с обеих сторон, и одинаково казнят, не считаясь ни с какими правилами.
Маша и Катя кивнули одновременно.
— Это похвально. К нам приходят женщины, которые стремятся поступить в передовые части, но мы более нуждаемся в медицинском персонале. Врачи и сёстры милосердия у нас в прямом смысле на вес золота. Активных боевых действий мы не ведём, но долго это не продлится. На границах Донской области сосредотачиваются большевистские орды. Пока их сдерживают полки дончан, но скоро к ним присоединимся и мы. Казаки, к сожалению, ведут себя вызывающе. Войсковое правительство и Круг[5] держит нейтралитет, но выказывает явное неудовольствие нашим присутствием на Дону. Поэтому мы вынуждены ютиться в лазаретах, притворяясь больными, дабы как-то смягчить их реакцию. К больным, как известно, относятся мягче. Тем не менее, я просил бы всех вас вести себя осторожно в отношении местного населения, и не появляться на улице в тёмное время суток, — Звягин помолчал и добавил с сожалением. — Стреляют-с.
Пояснив некоторые моменты внутреннего содержания, полковник принялся расспрашивать каждого: кто такой, откуда прибыл, где служил ранее. Толкачёв, когда подошла его очередь, пояснил кратко на каких фронтах и в каких должностях служил, под конец добавил:
— В июле был направлен в Петроград, в резерв генерального штаба. Однако назначения не получил. До октябрьского переворота находился при Николаевском инженерном училище, преподавал русскую военную историю. После поражения в ноябрьском выступлении против власти большевиков решился ехать в Новочеркасск.
Полковник слушал, кивал, потом сказал:
— Вам следует заполнить анкету. Вопросы не сложные, — и повернулся к Осину. — Вы, по всей видимости, из юнкеров?
— Так точно, ваше превосходительство! — вытянулся тот.
— В таком случае, ступайте на улицу Грушевскую дом двадцать три. Это здание первого городского лазарета. Спросите штабс-капитана Парфёнова. Он командует Юнкерским батальоном, и у него сейчас острая необходимость в пополнении.
— Извините, господин полковник, — подался к столу Толкачёв, — вы упомянули штабс-капитана Парфёнова Василия Дмитриевича?
— Так и есть. Вы знакомы?
— Мы встречались в Петербурге…
— В Петрограде, — поправил полковник. — Высочайшим указом от восемнадцатого августа…
— Да, простите, конечно же, в Петрограде. И я бы хотел прежде назначения переговорить с ним.
— Это ваше право. Мы никого насильно вступать в Организацию не заставляем.
— А разве Юнкерский батальон отдельная структура?
Звягин болезненно сморщился, как будто его уличили в некомпетентности, и поспешно сказал:
— Нет, конечно, нет. Юнкерский батальон так же является частью Организации. Ступайте.
Толкачёв вышел в коридор. Катя и Маша стояли у окна, Липатников, прислонившись плечом к стене, смотрел в пол и теребил в пальцах папиросу.
— Я на Грушевскую, — сказал Толкачёв. — Кажется, там мой друг.
— А мы, стало быть, здесь, — с грустью вздохнул Липатников. — Жаль с вами расставаться, Владимир. Привык я к вам, вы надёжный. — Липатников снова вздохнул. — Если возникнет необходимость, вы знаете, где нас искать.
— Непременно, Алексей Гаврилович.
— И ещё я хотел бы вас попросить. Кирилл с вами уходит?
— Да.
— Приглядывайте за ним. Понимаете, это очень хороший юноша, и очень ранимый. Он поэт. А в России это многое означает. Понимаете?
Толкачёв кивнул и посмотрел на Катю. Она обсуждала что-то с Черешковым, очевидно, какой-нибудь новый медицинский вопрос. Когда Толкачёв прощался, она даже не повернулась в его сторону, и это невнимание задело его, хотя почему она должна была обращаться к нему и почему её невнимательность его задевала, объяснить себе он не мог.
6
Новочеркасск, улица Грушевская, ноябрь 1917 года
День повернул на вечер. Липатников предложил Толкачёву не торопиться, отложить уход до завтра, или хотя бы отобедать, а там уж можно и идти, тем более что полковник Звягин отдал распоряжение накормить и обустроить новоприбывших. Толкачёв отказался, поднял воротник плаща и вышел на улицу. Осин тоже не захотел задерживаться и выбежал из лазарета вслед за штабс-капитаном.
До улицы Грушевской они добрались в темноте. Снова пошёл снег, густой и липкий. На перекрёстках горели газовые фонари, дважды навстречу выезжали казацкие караулы. Время был позднее, казаки свешивались с коней, грозно спрашивали кто такие. Толкачёв отвечал, что прибыл с фронта по ранению и сейчас направляется в лазарет для дальнейшего лечения, а Осин — его ординарец, сопровождает. На вопрос, почему не в форме, Толкачёв криво усмехался и говорил, что по нынешним временам офицерская форма скорее доведёт до кладбища, чем до лазарета. Казаки не верили, хмурились и проезжали дальше.
5
Органы управления Донской областью.