На сибирских ветрах. Всегда тринадцать
- Автор: Бартэн Александр Александрович
- Год: 1983
- Язык: русский
- Год: Советский писатель. Ленинградское отделение
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «На сибирских ветрах. Всегда тринадцать». Краткое содержание книги:
Роман «На сибирских ветрах» посвящен людям молодого, бурно развивающегося города Новинска, за четверть века поднявшегося среди вековой сибирской тайги. Герои романа — рабочие, инженеры, партийные и советские работники, архитекторы, строящие город, артисты Народного театра. Люди разных специальностей, они объединены творческим отношением к труду, стремлением сделать свой город еще красивее. Большое место в жизни молодых героев романа занимает искусство — оно помогает им жить яркой, наполненной жизнью.
Тема искусства становится основной в романе «Всегда тринадцать». Писатель показывает пути, которыми приходит молодежь в цирк, — заводские кружки, спорт, самодеятельность, цирковое училище. В романе раскрыта красота будничного труда артистов, безраздельно преданных своему искусству.
Она продолжала звучать, и каждый в ней находил свое. Кубасов перед началом концерта ходил в именинниках: отдел культуры горисполкома во многом содействовал открытию университета. Даже успел похвалиться Кириллу Прокопьевичу Ишимову: дескать, учитываем прошлые ошибки, нынешний концерт ничего общего не имеет с тем злосчастным представлением на стадионе. Правильно, конечно, но и чуть тщеславно. Впрочем, тщеславие это забылось вскоре, и, со всеми вместе поддавшись симфонии, Кубасов подумал сейчас о завтрашнем семинаре парторгов. Правильно ставит вопрос Денис Петрович. Самые удобные жилища, самое высокое благоустройство — это лишь необходимые предпосылки жизни, а определяется она не этим. Не только этим. Высотой побуждений, мерой доброты, жаждой познаний, силой утверждения. Всегда и во всем утверждения советского строя, советского образа жизни!
Тропинина сидела невдалеке, и, встретясь с ней глазами, Кубасов поразился — как счастливо горят ее глаза.
Дворец культуры, в котором сейчас звучала Девятая симфония, воздвигался при самом непосредственном участии Тропининой: самые важные узлы проекта Левинский поручал ей. И вот поднялся дворец, и стены его высоки, и столько вокруг света.
Звучала симфония, и теперь в нее вплелись голоса — сначала солистов, затем и хора. Казалось, не пробиться голосам сквозь мощную завесу оркестровых звуков. Но голоса окрепли, пробились, слились в ликующую «Оду к Радости».
Здесь время завершить хронику молодого сибирского города Новинска, даже не хронику, а лишь некоторые, далеко не полные ее эпизоды. Сама же хроника, отражающая все стороны и явления новинской жизни, еще не закончена, еще на рабочем столе Кирилла Прокопьевича Ишимова.
Время кончать. Симфония дальше ведет новинчан. И все еще звучит «Ода к Радости»!
1975 —1978
Ленинград
ВСЕГДА ТРИНАДЦАТЬ
Таков международный стандарт. Всегда и везде тринадцать.
Всегда и везде — в любой стране, в любом цирке — манеж имеет в диаметре тринадцать метров, ровно тринадцать (кстати, в цирке никто не скажет — арена, только так и говорят — манеж!).
Ровно тринадцать. Этим обеспечивается наиболее удобное расстояние между лошадью, бегущей по кругу, и дрессировщиком, что управляет ею с середины манежа. Было время, когда конные номера, главенствуя в программе, диктовали свои законы. Тогда-то и утвердился тринадцатиметровый манеж.
Ну, а если размер его неизменен, — может быть, в равной мере всюду одинаково и само цирковое искусство? Может быть, и оно подчинено стандарту, не знает родины, кровного родства?
Лукаво подобное утверждение. Лукаво и лживо. Тому доказательством советский цирк: искусство его развивается по собственным своим — высоким и прекрасным законам.
Роман об этом. О том, как на манеже и вокруг манежа живут артисты советского цирка, как живут и как работают, как достигают мастерства, утверждая искусство сильных и смелых, ловких и красивых.
Роман об этом. О том, как искусство советского цирка полновесно и полноправно входит в большое советское искусство.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Глава первая
Из года в год Южноморский цирк кончал свой сезон в последних числах мая. В нынешнем году мог бы и не заканчивать: все равно и в помине не было лета. Насквозь дождливым, штормовым выдался май. Посвист ветра, промозглая сырость, а над всклокоченным морем — свинцово набрякшие тучи.
— Какое там Черное море! Океан Ледовитый! — переговаривались в цирке.
Но не унывали. Не может же до бесконечности так продолжаться, должна же в конце концов угомониться непогода. И еще утешали отличные кассовые дела. Обычно на исходе сезона горожан привлекали одуряюще расцветшие сады и парки, прогулки над морем, когда над головой теплая россыпь звезд, а внизу под откосом так певуче шуршит прибрежная волна. Ну а при нынешнем ненастье разве выберешься на прогулку?.. К тому же цирковая программа безо всяких скидок была интересной, сильной.
Перед последними представлениями в кассах ни одного билета. Администратор на все мольбы жестокосердно отвечал: «Раньше надо было заботиться!» Одно оставалось страждущим: безутешно толпиться перед большим панно на фасаде цирка. На этом панно изображены были мотоциклисты-гонщики. В феерическом вихре искр взмывали они по крутой спирали, а спираль заключена была в решетку серебристого шара-глобуса. Надпись вверху: «Новый советский аттракцион! Спираль отважных!» Надпись внизу: «Под руководством и при участии заслуженного артиста РСФСР Сергея Сагайдачного».