Зеркало Горгоны (СИ)
- Автор: Omega-in-exile
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Зеркало Горгоны (СИ)». Краткое содержание книги:
Андреас повернулся к Матиасу и осторожно прикрыл ему рот ладонью. Они смотрели друг другу в глаза, словно пытаясь в них что-то прочитать. И ничего не находя. Кроме пустоты.
- Прости, - пробормотал было Матиас, но Андреас впился ему в губы.
Матиас ответил на поцелуй с жадностью и каким-то отчаянием. Он придвинулся к Андреасу и обнял его. Обнял с силой, которую невозможно было заподозрить в человеке, потерявшем много крови и только-только вставшем с больничной койки. Нет, Андреас понимал, что Матиас физически слаб, и он не планировал ничего такого. Просто его вдруг неудержимо потянуло поцеловать человека, которого любил, которого считал навсегда утраченным и которого действительно должен был утратить, скорее всего, навсегда. Поцеловать человека, который, и впрямь, был всего лишь его иллюзией, фантазией, призраком, но все же состоял из плоти и крови, и этот зов жаркой плоти и горячей крови был сейчас неудержимым, сопротивляться ему было невозможно, да Андреас и не хотел этого делать. Он чувствовал, что сидевший рядом с ним человек - такой знакомый, и такой неизвестный, многоликий - тоже тянется к нему, сгорает от желания, буквально плавится… Грудь Матиаса наполнилась стоном, Андреас почувствовал, как содрогается тело, истосковавшееся по ласке. И все же усилием воли заставил себя отстраниться.
- Нет… нет. Тебе нельзя, - прошептал он.
- Можно, - услышал он шепот в ответ, а в серо-голубых глазах заплясали огоньки такой знакомой ему страсти Матиаса Кронберга. - Мне можно. Даже нужно.
- Ты слишком слаб…
- Я устал быть сильным, - шепот Матиаса стал жарким. - Хочу быть слабым. Очень слабым. Будь сильнее меня, Андреас. Пожалуйста… Ты же можешь.
Андреас невольно улыбнулся. Он часто думал о том, что выглядит гораздо более хрупким, чем атлетический Матиас Кронберг. И, наверняка, все, кто знал об их отношениях, были уверены, что именно Кронберг в постели является активом, а Фелнер пассивом. Хотя все было с точностью до наоборот. Андреаса заводило сознание того, что он овладевает парнем, который сильнее и крупнее его. Его упругим, загорелым, ухоженным телом. Андреаса сводила с ума мысль о том, что все это принадлежит ему, что он становится полновластным хозяином сильного красавца. И еще - осознание того, что ему подчиняется человек, который гораздо сильнее его не только физически, но и психологически. Матиас Кронберг, легко манипулировавший людьми, заставлявший их подчиняться своей воле, добровольно отдавался деликатному, утонченному, вечно рефлексировавшему Андреасу Фелнеру. В этом смысле они как будто дополняли друг друга. И в этом, возможно, была одна из тайн их взаимного притяжения. Но это притяжение было полно темной, низменной страсти, оно было разрушительным для обоих. Эта темная страсть рано или поздно должна была догореть, оставить их в гнетущей пустоте - остывших, равнодушных друг к другу и ко всему. Возможно, сейчас была последняя вспышка этой страсти. Возможно… Ни один из них не знал, да и не мог знать этого. Их тела сплелись в отчаянном танце на краю пустоты, которая готова была поглотить их обоих. Глаза Матиаса, обычно такие холодные, почти ледяные, сейчас пылали. Он чуть отстранился от Андреаса и торопливо принялся скидывать с себя одежду - с характерным для него бесстыдством и наглостью. Андреас смотрел на него с восторгом, его левая рука теребила пуговицы рубашки, но Матиас, проведя языком по розовым губам, покачал головой и сам принялся раздевать Андреаса - действуя осторожно и бережно, чтобы не задеть больную кисть. Эта забота, показавшаяся такой трогательной, еще больше вскружила голову Андреасу. Он потянулся к Матиасу, но тот осторожно и нежно взял его за раненную руку, как бы поддерживая ее. Матиас улегся на спину, демонстрируя Андреасу свое тело. На груди, животе и на плече у него были повязки. Внизу живота чуть белел старый шрам.
- Мы с тобой два инвалида, - из груди Матиаса вырвался смех.
Андреас тоже рассмеялся. Не потому что ему было так уж смешно, просто смех Матиаса звучал неожиданно жизнерадостно и очень заразительно. Он жадно разглядывал Матиаса. Тот немного похудел, и тело его посветлело без регулярного обновления искусственного загара, но Матиас, по мнению Андреаса, выглядел по-прежнему потрясающе. И даже бинты на животе, груди и плече странным образом добавляли ему сексуальности, рождая сочетание красоты, силы, молодости и одновременно трогательной слабости и нежности, которую так хотелось защищать и оберегать. Андреас замер в нерешительности. Он боялся, что нанесет вред Матиасу. Тот поймал его взгляд и улыбнулся в своей манере: нагло, вызывающе и в то же время ободряюще.
- Не бойся, - проговорил Матиас. - Моя задница ничуть не пострадала при покушении. Она вполне работоспособна и ужасно голодна.
В подтверждение своих слов он раздвинул сильные, крепкие ноги с гладкой кожей, словно приглашая Андреаса не медлить. Но Андреас опустился и попытался взять в рот стоявший дыбом член Матиаса – красивый, крепкий, уже истекающий смазкой. Опираться всего на одну руку было очень неудобно, Матиас мгновенно оценил ситуацию и сел на диване, а Андреас опустился перед ним на колени.
- Вот так, да, - прошептал Матиас. - Давай же, давай.
Вообще, Андреас не слишком любил делать минет. Он не умел глубоко заглатывать, вечно давился, кашлял… Но член Матиаса был исключением: удивительно ровный, пропорциональный и… аппетитный. Обычно Матиас тщательно эпилировал и яйца и лобок, и анус. Да и все тело. Но за время пребывания на больничной койке его лобок успел покрыться пушком, который, на взгляд Андреаса, только придавал сексуальности интимной части тела Матиаса. Он принялся нежно целовать член, нежно проходил по нему языком, играл с головкой, вызывая у партнера стоны, сладкую дрожь, а затем, наконец, взял в рот, забирая все глубже и глубже. Матиас расслабился и только постанывал, закрыв глаза, его руки нежно гладили плечи Андреаса, а тот продолжал работать языком и губами, и это ему самому доставляло неожиданное удовольствие. Солоноватый вкус члена казался восхитительным, в этом члене как будто пульсировала жизнь, готовая взорваться ослепительными брызгами. Сильные пальцы Матиаса с тщательно опиленными ногтями впились в плечи Андреаса, но и эта боль доставляла ему наслаждение, как будто крепче привязывала к любовнику, исходившему желанием. Грудь Матиаса взымалась, упругий живот то напрягался, то расслаблялся, по телу пробегали судороги.
- Стой! Стой! - простонал Матиас. - Не надо! Я… я… уже…
Но Андреас понимал, что не может выполнить просьбу. Он не хотел выпускать член изо рта, он хотел ласкать его и дальше, пока любовник не изольется ему в рот. И вот Матиас хрипло вскрикнул, судорожно вцепившись в предплечья Андреаса, и в горло тому ударила теплая, терпкая солоноватая струя, которую Андреас с жадностью принялся заглатывать. Он уткнулся в теплый пах, продолжая медленно ласкать языком член.
- Как хорошо, - простонал Матиас. И что-то добавил по-русски.
Андреас ласкал стройные, гладкие бедра любовника, осторожно и легко массировал живот, чтобы не задеть повязку. Взгляд Матиаса, томный и как будто затуманенный, снова прояснялся, в нем опять загорался огонь желания.
- Хочу, чтобы ты взял меня, - прошептал он, чуть ли не с мольбой глядя на Андреаса. - Прямо сейчас. Прямо сейчас!
Этот взгляд магнитом притягивал Андреаса. Матиас между тем приступил к решительным действиям: встал на четвереньки, выпятил большие, круглые ягодицы, от одного вида которых у Андреаса перехватило дыхание. Антон все больше выгибал спину с красиво прорисованными мускулами и позвонками, и все шире раздвигал полушария, открывая розовое отверстие, которое буквально просило, чтобы в него вошли.
- Справа, - донеслось до ошалевшего Андреаса, словно издалека, и он даже не сразу понял, что это говорит Матиас.- Справа, на тумбочке.
Андреас протянул руку, взял тюбик с лубрикантом, выдавил прохладную массу себе на пальцы и принялся осторожно вводить указательный палец в пульсирующее отверстие, казавшееся очень узким и тесным. Да, действительно, секса у Матиаса не было уже давно, и это чувствовалось. По телу Матиаса пробежала дрожь. Сначала он инстинктивно свел ягодицы, но затем снова раздвинул их и призывно застонал.