От французской революции конца XVIII века до Первой Мировой Войны
- Автор: Чубарьян Александр Оганович
- Серия: История Европы. #5
- Год: 2000
- Язык: русский
- Год: НАУКА
- ISBN: 5-02-010082-Х
- Жанр: История
Электронная книга - «От французской революции конца XVIII века до Первой Мировой Войны». Краткое содержание книги:
Для историков, широкого круга читателей.
Болгария после Адрианопольского мира пережила своего рода рывок в деле образования и просвещения. В 1824 г. вышел из печати первый букварь на болгарском языке, через 10 лет в Габрове появилась первая школа с преподаванием на родном языке, к 1850 г. таких школ насчитывалось уже более ста. Грамотность распространилась не только среди горожан, но и среди крестьян. Шло вытеснение преподавания на греческом языке, ранее доминировавшего среди немногочисленной элиты общества. Греческое культурное влияние стало восприниматься как засилье, чему способствовало полное церковное подчинение Константинопольской патриархии; не только высшие иерархи, но и многие священники в Болгарии были греками, и богослужение велось на греческом языке, непонятном для верующих. Широкий размах получило движение за создание своей самостоятельной автокефальной церкви. Это была особая форма национального движения, которое развивалось по двум направлениям — против османского владычества и против греческого засилья в культуре. Подъем образовательного уровня народа, появление национальной интеллигенции — учителей, врачей, священников, представителей средних классов, обращение к прошлому, к средним векам, когда Болгарские царства бросали вызов «самой» Византийской империи, составили содержание своеобразного этапа национального возрождения, когда зрели силы, накапливался потенциал для открытого вызова сюзерену.
Болгары, как и другие балканские народы, использовали предоставленные режимом танзимата возможности для укрепления своих экономических и культурных позиций. Но это рассматривалось не как способ сделать существование сносным и даже равноправным в реформированной султанской державы, а как ступень в освобождении от ее власти. Благие намерения сераля и канцелярии великого визиря увядали на длинном пути претворения их в жизнь, наталкиваясь на произвол и казнокрадство пашей, ортодоксальную непримиримость духовенства, фанатизм мусульманских низов. В реформирование империи православное население не верило. Всегда существовавшее религиозное размежевание стало обретать черты цивилизационной отчужденности. Образованная и мыслящая элита балканского общества усматривала путь к обновлению в том, что тогда называлось европеизацией и модернизацией. Наличие связанных с османской системой управления социальных групп (фанариоты, часть высшего греческого духовенства, компрадорская буржуазия, те же чорбаджии в Болгарии), стоявших на позициях приспособления и компромисса, не меняло общей картины балканского Возрождения.
Имели место и случаи региональной исключительности. К ним относилась прежде всего Албания. Традиционно все три населявшие ее общины — мусульмане, православные и католики — жили в мире и согласии. Религиозной нетерпимости социум не знал, сознание этнической общности превалировало над расхождениями в вере. В политической жизни доминировали феодалы-мусульмане, влиятельные в турецком государственном аппарате и в армии, нередко достигавшие высших ступеней служебной иерархии. Знаменем времени, показателем кризиса служило появление очагов сепаратизма, таких, как Янинский и Шкодринский пашалыки. Албанцем был и египетский властитель Мухаммед Али. Разгром и убийство Али-паши Тепелены, усмирение рода Бушати не принесли «успокоения». В населенные албанцами районы были присланы турецкие чиновники, не знавшие местных условий и посягнувшие на власть влиятельных феодальных семей. Отмена военно-феодальной системы ударила по их интересам: они лишались административных и финансовых функций, в первую очередь права собирать налоги. Численно преобладавшее мусульманское население восприняло танзимат как «гяурскую затею», посягательство на образ жизни, освященный Кораном и шариатом. Нужен был лишь повод, чтобы скопившееся недовольство вспыхнуло огнем восстания. Таковым стала попытка провести в Северной Албании рекрутский набор (1835), — раньше же немаловажным источником дохода для молодежи являлось наемничество. Беги подняли народ на вооруженное сопротивление, которое было с трудом подавлено, а сам набор отменен. Оппозиция реформам продолжалась и в дальнейшем, их внедрение в жизнь сопровождалось утяжелением налогов и осуществлялось алчными мздоимцами-чиновниками. В 40-е годы локальные восстания прокатились по Южной Албании. Давать им однозначно негативную оценку как оппозиции «справа», против прогрессивного по своей сути курса, за сохранение родной старины и застоя, все же нельзя. Албанская историография относит к этому времени начало национального Возрождения. Росли чувства этнической общности, наличия специфического круга интересов, своего «я» в экономике, политике и культуре. В 1836 г. Наум Векильхарджи (1797–1866) обратился к соотечественникам с «Энцикликой», в которой призывал бороться за развитие родного языка и просвещения на нем. Позднее он издал албанский букварь на основе славянского алфавита, получивший широкое распространение в стране. В Корче ремесленники, торговцы, немногие еще представители интеллигенции собрали средства на открытие первой школы с преподаванием на родном языке и типографии. Дружными усилиями турецких чиновников и греческого духовенства план был сорван, и все же попытка оторваться от османской пуповины была налицо.