От французской революции конца XVIII века до Первой Мировой Войны
- Автор: Чубарьян Александр Оганович
- Серия: История Европы. #5
- Год: 2000
- Язык: русский
- Год: НАУКА
- ISBN: 5-02-010082-Х
- Жанр: История
Электронная книга - «От французской революции конца XVIII века до Первой Мировой Войны». Краткое содержание книги:
Для историков, широкого круга читателей.
В 1844 г. министр Илия Гарашанин выработал «Начертание» — план освобождения всех населенных сербами земель Османской империи и их объединения вокруг княжества. О судьбе соплеменников, проживавших в габсбургской монархии, «Начертание» благоразумно умалчивало.
Правление уставобранителей выродилось в олигархический режим «великашей», против него выступили либералы, которые представляли нарождавшуюся торгово-промышленную буржуазию и интеллигенцию и настаивали на ограничении княжеской власти и предоставлении законодательных полномочий скупщине.
20-40-е годы XIX в. — время быстрого развития сербской культуры. Корифеем ее возрождения являлся Вук Караджич — писатель, общественный деятель, собиратель памятников устного творчества, реформатор литературного языка на народной основе; до него в письменности господствовал славяно-сербский язык, представлявший собой смесь разговорного и церковнославянского. Он издавал сборники сказок, песен и пословиц, выпустил словарь, содержавший 20 тыс. слов, создал труды по истории Сербии, Боснии и Черногории. Выработанное Караджичем правописание было признано официальным при его жизни, а в 1850 г. представители сербской и хорватской интеллигенции подписали соглашение о создании единого сербо-хорватского литературного языка (на основе двух алфавитов — кириллицы и латинского).
30-е годы ознаменовались открытием первой в стране типографии, что способствовало развитию книгопечатания и появлению газет и журналов. Начальные школы насчитывались сотнями, были открыты несколько гимназий, народная библиотека, военная академия, развернуло работу общество сербской ело-вескости. Сербская культура, столетиями передававшаяся из уст в уста и в летописях, обрела прочный фундамент письменности.
В Черногории доминировала личность митрополита Петра II Негоша, духовного и светского главы. Стремясь преодолеть племенную разобщенность, он учредил правительственный сенат как высший государственный орган, создал военно-полицейские силы, гвардию и перяников (телохранителей), ввел налоги, что несколько упорядочило состояние дел, хотя неизжитые родоплеменные обычаи, такие, как кровная месть и побратимство, затрудняли государственное строительство. Скудость ресурсов, частые неурожаи, когда от голода спасала лишь поступавшая из России субсидия, превращали жизнь черногорцев в сплошное испытание. Посылаемые в горную страну российские дипломаты выходили за рамки чисто служебных функций, привлекая внимание и двора и общественности к «преданной России далекой и прекрасной земле».
Османская империя черногорской независимости не признавала, официально проведенной границы не существовало, в порубежье постоянно происходили столкновения; черногорцы пытались пробиться к побережью Адриатики, что облегчило бы их связи с внешним миром, включая экономические.
Петр Петрович Негош входит в число крупнейших поэтов, писавших на сербском языке. Вершина его творчества — поэма «Горный венец», в которой он прославил несгибаемый дух и свободолюбие своих сородичей. Усилиями Негоша просвещение сделало первые шаги на черногорской земле — открылись светские школы, заработала типография.
Болгарский народ непосредственных выгод от заключения Адрианопольского мира не получил. Но наступившие перемены ощущались и в Болгарии: с 1834 г. начался переход спахийских земель в собственность государства и в наследственное владение крестьян, лично свободных, однако обремененных многочисленными налогами и повинностями. Но помещичье сословие в Болгарии исчезло. В городах и селах развивалось ремесленное суконное, кожевенное, обувное, шнуровое, тележное и кузнечное производство. В 1834 г. появилась первая фабрика, поставлявшая сукно для турецкой армии. Прочные позиции заняла торгово-ростовщическая буржуазия (чорбаджии), но значительным влиянием в обществе, а потом и в государстве пользовались владельцы небольших мастерских, лавок и постоялых дворов. В сравнении с этнически турецкими районами болгарские земли выделялись значительно более высоким развитием экономики, а население — зажиточностью.
Но нахождение рядом с жизненными нервами империи имело и минусы, ибо влекло за собой бдительный надзор центральной власти и быстрое и беспощадное подавление локальных восстаний, которых в ЗО-4О-е годы произошло несколько. У болгар не существовало по соседству, в христианских государствах, совместно проживавших компактных масс сородичей, как у сербов и румын, или разветвленной диаспоры, как у греков. Все это в определенной степени замедляло и затрудняло восприятие западноевропейской общественной мысли и конституционных идей. Преобладали связи с Россией, открывшей свои учебные заведения, сперва духовные, затем университеты, а позднее и военные, для болгарских выходцев.