Такая долгая жизнь. Записки скульптора
- Автор: Ястребенецкий Григорий Данилович
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Издательство К. Тублина
- ISBN: 978-5-8370-0878-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Такая долгая жизнь. Записки скульптора». Краткое содержание книги:
Сегодня автору — девяносто пять. В своих записках он предстает как тонкий наблюдатель, подводящий итоги собственной многолетней работы, размышляющий о проблемах творчества и превратностях судьбы, анализирующий свой педагогический опыт. И все это — в доступной форме остроумного доверительного рассказа.
Особняком стоят здесь воспоминания о войне, блокаде, рассказы о коллегах — соучениках по институту имени Репина, которым не довелось дожить до Дня победы, и чьи таланты остались нереализованными.
Мы вместе с полицейским в ожидании помощи откатили машину к обочине. Тем временем Джордж разговорился с полицейским и стал задаваться, что у него в гостях родственники из России. Полицейский поначалу опешил, но виду не подал. На прощание мы подарили ему несколько значков, в том числе с популярным тогда Горбачевым. Он посмотрел на него и заметил: «Я этого господина где-то видел. По-моему, он у нас в розыске». Гриша дал ему свою визитную карточку, и на Новый год, дома мы получили открытку с поздравлениями. На открытке был изображен знаменитый гобелен из Виндзорского замка.
У Джорджа не очень счастливо сложилась жизнь. Когда началась война (Вторая мировая), его взяли в армию. Он воевал всюду, где воевала империя, — в Африке против Роммеля, при Эль-Аламейне, потом высаживался в Италии, потом полк быстро перегруппировали, и он успел на D-Dау высадиться в Нормандии в составе Королевских (конечно!) шотландских фюзильеров. Уже будучи в Лондоне, у него в гостях 11 ноября в саду у Вестминстерского аббатства мы разглядывали аккуратные надписи с флажками всех полков, принимавших участие в Первой и Второй мировых войнах. (Там, кстати, был и Russian Convoy — Русский северный конвой.) Там я нашла и полк Джорджа. Это был день заключения Версальского мира, день, который в нашей советской истории презрительно игнорировали, поскольку это было окончание «империалистической» войны, которая должна была перерасти в войну гражданскую, что, к сожалению, и произошло. А то, что в этой войне погибло немало наших соотечественников, нас не очень волновало. Переросла — и хорошо!
Кончил Джордж войну в чине капитана. Еще перед самым концом войны он совершил один поступок просто в духе голливудских боевиков. Его брат Майкл (Миша) остался во Франции и был, естественно, французским подданным. Его взяли в армию, и на линии Мажино он сразу попал в плен к немцам. Его отправили в тюрьму в город Любек, где он находился до конца войны. В отличие от наших военнопленных английских пленных они считали и разрешали посылки и письма через Красный Крест. (Мы эту организацию, конечно, игнорировали.) Так что тетя Оля посылала Мише письма и продукты. Когда Джордж оказался в центре Германии, война кончалась, он взял «виллис» у своего начальника штаба и с адъютантом поехал в Любек, освободил брата и привез его в Париж. Потом Джордж демобилизовался и вернулся в Англию. Тут героическая биография кончилась. Он мог учиться и получить высшее образование бесплатно, как демобилизованный офицер, но денег у семьи не было, родители жили очень бедно, и он пошел работать в Британскую электрическую компанию помощником инженера. А тут началась хрущевская оттепель, и одной из первых компаний, начавших контакты с СССР, стала контора Джорджа. Тут пригодились его знания русского языка. Надо сказать, что Ольга Ивановна и старый Джордж говорили дома с детьми по-русски. Джордж прекрасно, без акцента, говорил на нашем языке, притом что он блестяще знал французский. Немецкий язык, я предполагаю, он тоже знал, но не любил. Судьба его наказала. Его второй женой, матерью его троих детей, стала австриячка Бригитта, на две головы выше него. Но он на это не обращал внимания. Она тоже. Она очень хотела замуж за англичанина. Я видела, как он с ней танцевал в пиджаке с приколотым булавкой карманом. В семье к Джорджу относились без большого почтения — Бригитта, высокая, много моложе его, и трое тоже высоких, красивых, очень современных детей, которые считали его занудой. Типичная ситуация. Вне семьи Джордж «раскрепощался» — был очень контактным, мог быстро, без пошлости завязать разговор, любил посмотреть на хорошеньких женщин.