В значит вчера [Y is for Yesterday]

- Айрис - твоя подруга, Поппи. Я - та, кого ты бросила.

- Я никогда не прощу тебя. Никогда. Ты все время знала и позволила мне ввязаться в это.

Добирайся до дома, как хочешь.

Поппи схватила свою одежду и сумку. Поравнявшись с Айрис, она остановилась.

- Ты жалкая, - сказала она и пошла дальше.

Айрис молча наблюдала за ее уходом, с несчастным выражением лица.

29

Вторник, 3 октября 1989 года.

Во вторник утром я приехала на работу и обнаружила Айрис Леман и ее жениха, Джои

Сея, сидевших в десятилетнем фольксвагене-жуке, припаркованном у входа. Как только я

подъехала, они вышли из машины и подошли к двери.

После краткого обмена приветствиями они подождали, пока я прошла через ритуал

отпирания двери и снятия сигнализации, после чего я провела их в офис. Почтальон

бросил через щель целую кипу счетов и каталогов. Я наклонилась, подобрала их и

положила на стол. Жестом пригласила посетителей садиться, а сама обошла вокруг стола и

устроилась в своем вращающемся кресле.

- Хотите кофе?

Айрис сидела со скрещенными руками, избегая смотреть на меня.

- У меня нет времени. Джои должен отвезти меня в центр, чтобы я успела открыть

магазин.

- Как хотите.

Я не могла удержаться, чтобы не заметить различие между ними. Его лицо было

рябоватым от шрамов от заживших прыщей, которые, наверное, убивали его уверенность в

себе в подростковые годы. Его уши не были комически большими, но отопластика не

помешала бы. Меня снова поразили озабоченные морщинки на его лбу. Я могла

представить его в пять, десять, пятнадцать лет, таким же озабоченным.

Его одежда имела странный признак задержавшейся юности. Его кроссовки были

поношенными, а джинсы держались на коричневом кожаном ремне, затянутом на

последнюю дырочку. На нем была футболка с длинным рукавом, в широкую

горизонтальную полоску красного, желтого и зеленого цвета. Интересно, как сезонные

строительные рабочие оценивают его управленческие качества, если он вдвое моложе, а

выглядит совсем мальчишкой.

На Айрис был винтажный наряд, который состоял из длинной темно-синей шелковой

юбки и блузки с длинным рукавом и высоким воротником. Воротник был украшен

рюшечками и сделан из материала, который упоминался как “батист” в нескольких

женских романах, которые я читала. Батист - легкий и полупрозрачный, в данном случае

полностью закрывал грудь, но в то же время обнародовал и подчеркивал ее пышную

плоть. В то время как Джои выглядел как ребенок, страдающий от задержки развития, Айрис была спелой, как персик. Я заметила, что его глаза растерянно блуждают по ее

груди. Как такой неопытный цыпленок получил доступ к этому богатству - этот вопрос, наверное, заставляет его лежать ночью без сна и изумляться.

- Мачеха Джои показала мне вашу визитку, - сказала Айрис. - Когда вы приходили в

магазин, то назвались журналисткой. Теперь я узнала, что вы - частный детектив.