Мусор
- Автор: Говорова Елена Александровна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Мусор». Краткое содержание книги:
Содержит нецензурную брань.
Он резко встал и хлопнул по плечу Юрца. Тот дёрнулся, подался вперёд и чуть не упал с лавки. Испуганно таращил свои глаза на песок и ветви, тянущиеся, как скорченные руки, к серому небу, не узнавая места и не понимая, как он здесь оказался. Беспомощно моргая, он уставился на Тюрина, и понадобилось некоторое время, чтобы узнать его.
– А-а, – понимающе произнёс он, наконец, и с удивлением открыл пачку, где осталась всего одна сигарета.
Саша чувствовал, как подошвы его погрузились в сырой вязкий песок. Он тоже сильно захмелел и покачивался на несильном сегодня ветру против своей воли.
– Я пачку тебе новую куплю. А сейчас мне домой пора.
«Иди», – как бы равнодушно отпустил его Юрец, махнув ладонью, а сам продолжил сидеть, перекрестив ноги, чтобы сохранить равновесие, и курил, вглядываясь в подвижную речку.
Саша уже почти ушёл с пляжа, когда оклик друга заставил его обернуться. Зажав сигарету в зубах, плохо стоя на ногах, тот писал прямо на песок, рядом со скамейкой, и Саша отчётливо видел в его руках пенис даже издали.
– Мы же были панками, помнишь? Панками и остались! Нам для счастья мало надо! – еле разобрал он то, что кричал ему вслед Юрец, не замечая, что сигарета изо рта его выпала.
В лёгком просвете туч явилось солнце: их берег оставался затянут пасмурной мглой, но пейзажи за рекой посветлели. Ослепительно вспыхнула золотая маковка маленькой церкви. «Панки? Какие ж это панки! Панки – против системы, а мы удачно встроились в неё, просто попали в самые низы», – думал он, идя домой.
Окна, выходящие на запад, сегодня белели, словно незрячие глаза. Неясный день угасал, и внутри было уже совсем темно, но свет ещё нигде не зажгли, хотя с кухни слышался громкий, надтреснутый немолодой голос. «Кума Любаха», – сразу догадался Саша о соседке. Она жила через два дома и близко дружила ещё с покойной его бабушкой, так что та даже стала крёстной её дочери, а потом перешла к маме и Клаве по наследству, почти каждый день навещая их. Высокая, с покрашенными в ярко-рыжий кудрями, она всегда была заразительно бодрой и очень громкой, привнося в почти спящий всегда дом оживлённую суету, так что даже часы как будто начинали тикать быстрее, а после её ухода все некоторое время были под гипнозом её решимости и энергии.
Мама, не желая, чтобы посторонние догадались об их ссоре, довольно мило сказала вошедшему Саше, что ужин готов – правда, при этом даже не взглянула на него. Тётя Люба сразу встала и начала собираться, несмотря на отговоры хозяйки: «Нет, пойду, пойду. Семья должна побыть наедине».
– Так батюшка-то что тебе сказал, Люб? – окликнула её мама.
Соседка остановилась и счастливо прокричала:
– Благословил, благословил, родной. Говорит, если уж и правда мёрзнешь, вставляй пластиковые, благославляю. Так что сейчас пойду мастерам звонить.
И она замерла на пороге, любуясь садящимся на её место Сашей.
– Ох, Сашка, я бы и не признала тебя, – в умилении вздохнула старушка. – Какой красавец! Был ведь мальчишечкой, бегал тут по улице в одних трусиках, а теперь… Борода!
Мама, отошедшая к плите, чтобы включить конфорку, обернулась.
– Да вот: как будто не из столицы к нам в деревню приехал, а наоборот, из глухого села крестьянин какой-то.
– Ничего, это так модно сейчас, – продолжала с нежностью изучать его тётя Люба. – Что ж ты не женишься? Такой красавец пропадает! И чего девкам надо? Уж у нас бы точно нашёл себе красивую девочку да работящую, коли московским недостаточно хорош.
Саша пожал плечами, чтобы выразить своё общее недоумение от происходящего: то ли в его жизни, то ли в этой комнате. Кума Любаха повернулась к подруге и сентиментально проговорила:
– Вот так, Маша. Было у тебя трое детей – и сейчас ни одного внука. А у меня одна всего, да внуков трое и уж правнук на подходе! Вот как угадать?
– Да уж, – ответила мама, опустившая лицо и протиравшая тряпкой стол. Саша по голосу её почувствовал, что она готова заплакать.
Видимо, догадалась об этом и соседка, потому что она слегка потишала и, ещё раз простившись, ушла. Мама продолжала мыть столешницу размашистыми, резкими движениями, но никак не могла дотянуться до противоположной её стороны.
– Мам, – начал он, но та резко перебила его.
– Не надо мне твоих «мам», бесстыдник! Сейчас снова будешь долго и красиво говорить, запутаешь меня, – она снова вернулась к плите и стала стучать ложкой о сковородку, что-то ему накладывая. Так тоже повелось с самого детства: как бы ни обижена была мать, сколько ни наказывала их молчанием, но на стол всегда накрывала сама. – А потом сбежишь в ночь опять…
– Мне казалось, в прошлый раз мы согласились, что я имею право уходить, когда мне нужно. Я уже вырос, мама.