Мусор

Теперь же Саша стоял в тусклом помещении адвокатской конторы: обшитые пластиком стены и низкий потолок, тюремные решётки на окнах снаружи, старушечьий тюль, повешенный прямо на идущую через всю стену толстую трубу отопления, теснота, темень и снова этот запах плесени. Притом посредине располагался новенький стол с плоским монитором компьютера на нём, а за столом сидел человек лет сорока пяти. Он несильно возвышался, так что, видимо, был совсем маленького роста, но очень опрятен. Аккуратно постриженные ногти, часы на запястье, выглаженная до хруста бордовая рубашка в мелкий синий ромбик, видневшийся из-под немного расстёгнутого её воротника золотой крест, прямоугольные очки в модной толстой оправе, аккуратно приглаженные тёмные волосы с лёгкой сединой на висках. В комнате сильно пахло его одеколоном: приятным, однако чрезмерно настойчивым. Это был настоящий адвокат: с тихим, но уверенным голосом, приветливым и одновременно непроницаемым лицом. Он смотрел на Тюрина и неторопливо выговаривал как будто подготовленную заранее складную речь.

– Я, честно говоря, и не знаю, чем мог бы вам помочь. Я предупреждал об этом вашу сестру, но она очень настаивала. Кажется, вы очень дороги ей, и она просто хочет заслужить ваше уважение любыми способами, в том числе и знакомством со мной, например.

И он вежливо склонил голову, показывая этим, что высказал всё. Слышать эти слова было приятно, но сильнее Сашу занимало, что вообще может объединять Ангелину с таким человеком, откуда вообще у неё подобные знакомства.

– Она сказала, что вы тоже пытались предотвратить строительство мусорного завода…

– Нет, неверно, – деликатно возразил адвокат. – Я всего лишь по просьбе своих клиентов направлял запросы по правомерности строительства, также помогал им составлять жалобы, чтобы они были грамотно оформлены и направлены в нужные организации. Сам я, как юрист, не был ни за, ни против. Я должен был просто оценить юридическую составляющую, так сказать.