В долине смертной тени [Эпидемия]

— Это все его влияние, — проговорил Ратманов. — Мне никогда не нравился сынок Алексея. Ты не все знаешь про него. Не хотел тебе говорить, но видимо придется. Он член одной их самых радикальных молодежных неформальных организаций, которая ставит цель ликвидации действующей политической системы. И я скажу тебе по секрету, что, если бы я его тут не приютил вместе с отцом, он бы уже сидел в тюрьме. Он и его товарищи давно на примете наших органов. И его не сажали только по причине молодости, надеялись, что он образумится. Но, судя по всему, он не намерен это делать. И очень тебя прошу, не только не связывайся с ним, но даже не общайся. Держись от него подальше.

— Папа, мы дружим с детства. И я не собираюсь, отказываться от наших отношений.

Ратманов в ярости сжал кулаки.

— Хочешь испортить себя жизнь! Хочешь, чтобы и тебя загребли. К нему надо относиться, как к больному проказой, всегда быть на расстоянии, за сто метров обходить стороной. Однажды он себя погубит. Но мне на это глубоко наплевать. Но ведь он и тебя за собой утащит. Я запрещаю тебе даже приближаться к нему. Зачем я только согласился его принять!

Из-за рта Ратманова в сторону Ренаты полетела слюна. Девушка невольно отстранилась.

— Ты меня услышала! — продолжил Ратманов. — С этой минуты забудь о нем, как будто он умер или не существовал никогда. Если я тебя увижу рядом с ним, то запру в комнате. И ты будешь там сидеть до окончания эпидемии. Я тебя предупреждаю.

Рената почувствовала, как слезы стали быстро заполнять глаза. Она давно знала, что является любимицей отца, он не только никогда на нее не кричал, но всегда потакал ее капризам. Часто вопреки возражениям матери. И сейчас она не узнавала своего дорого папочку.

— Папа, ты не прав. Я точно не знаю, с кем связан Ростик, но он хороший и отзывчивый. А Катю жалко, у нее по сути никого и ничего нет.

— У многих ничего нет, но это не повод им помогать. Иначе сама без штанов останешься. Ты уже взрослая девочка и тебе бы пора это понять. Нельзя быть такой жалостливой, люди будут пользоваться этим, и доить тебя сильней, чем любую корову. Ты меня поняла?

— Да. Но помощь Кати никак нас не разорит.

— Если поможем ей, придется помочь и всем остальным. И так будет без конца. Она добровольно согласилась на предложенные ей условия. А значит, не имеет право предъявлять претензии. И хватит об этом, я не хочу больше слушать на эту тему ничего. Перестань общаться с Ростиком, да и с его отцом — тоже. Эпидемия завершится, и я навсегда разорву все контакты с этим семейством. Нам таких родственников не нужно. А сейчас давай закончим этот разговор.

— Да, папа. — Рената поняла, что продолжать его, в самом деле, нет никакого смысла, отца не переубедишь. Только себе навредишь. Она ничего так и не добилась. Точнее добилась того, что теперь ее отношения с двоюродным братом будут затруднены, возможно, им даже придется прятаться.