В долине смертной тени [Эпидемия]

Шевардин уже битый час смотрел записи с видеокамер. Он делал это периодически, точек для видеонаблюдений в доме и его окрестностях было натыкано много. И он постоянно наблюдал за тем, что происходит. Но пока ни разу ничего уж особо интересного не видел, обычные картинки повседневной жизни.

Однако сейчас все было несколько иначе. Шевардина привлекло одно наблюдение видеокамеры, установленной на третьем этаже — там, где располагались покои четы хозяев этого дворца. Он смотрел с разных ракурсов и тем дольше это делал, тем ему становилось все интересней.

Камеры засняли хозяина дома — Михаила Ратманова, идущего по коридору. В этом не было ничего особенного, если бы не то, как он двигался. Он то и дело оглядывался по сторонам, а его лицо выражало явный страх того, что его обнаружат.

Но и это было не самым странным, а то, что в какой-то момент Ратманов исчез из поля зрения камеры. Секунду назад он шел по коридору, а затем куда-то пропал, словно растаявшее в воздухе привидение. Шевардин понимал, что здесь есть как раз мертвая зона, но почему он не выходил из нее, а просто испарялся. И вновь появлялся на экране уже через двадцать минут. Возникает невольный вопрос: где же он пребывал столько времени, ведь на этом участке никаких комнат и других помещений, куда бы он мог зайти, нет. Или все-таки есть?

Получается, размышлял Шевардин, на этом маршруте расположено пространство, куда Ратманов мог зайти и провести там эти двадцать минут до своего нового появления в коридоре. Выходит, где-то там расположена потайная комната, вход в которую известен только владельцу дома. В принципе ничего странного или необычайного в этом нет, ему, Шевардину, хорошо известно, что многие владельцы элитной недвижимости устраивают в ней потайные помещения. В большинстве случаев в них они хранят деньги, драгоценности, антиквариат и произведения искусства. Это их, так сказать, неприкосновенный запас на черный день, который они не доверяют ни банкам, ни другим хранилищам. Было бы даже странно, если бы Ратманов тоже не имел бы подобного тайника. А, зная его характер, в этом можно почти не сомневаться.