Франция в начале XVII века (1610–1620 гг.)

Внешняя политика Франции в первую очередь определялась внутренним состоянием страны. В период гражданской войны никакие внешние войны были Франции не под силу. Но французское правительство вовсе не думало в корне менять свою дипломатию в Германии и в других странах. Оно собиралось действовать всеми доступными ему средствами для достижения основной цели, важной для национальных интересов государства, — ослабления Габсбургов. Сложность этой задачи была в том, что внутри Франции существовала не одна, а две оппозиционные партии, причем первую (грандов) надо было изолировать и от Испании и от протестантских государств, а вторую (гугенотов) — только от последних.[573] Но при этом, даже в период «мирных» отношений с Испанией, которые были лишь временной передышкой и всегда были чреваты разрывом, Франции необходимо было сохранить связи со своими союзниками, необходимыми для будущей, неминуемой борьбы с Габсбургами. Вследствие этого французское правительство всегда было коренным образом заинтересовано во всяческом ослаблении «Австрийского дома»,[574] и потому не отказывало в помощи всем, кто с ним боролся. Осложнение заключалось не в том, что эту помощь надо было скрывать (как раз наоборот, ее можно было оказывать открыто, не вступая при этом официально в войну с Испанией или императором).[575] Беда была в том, что она не могла быть значительной, ввиду внутреннего истощения Франции. Французское правительство не оказывало в интересующий нас период существенной поддержки членам антигабсбургской коалиции отнюдь не из желания католички Марии Медичи угодить Испании, а в силу своей внутренней слабости, которая не давала ему возможности справиться вооруженной рукой даже со смутой. Оно неоднократно подчеркивало эту причину в письмах к своим послам в германских княжествах и в итальянских государствах.[576] Не менее важно и то, что сами эти государства прекрасно учитывали слабость Франции, так как самым ощутимым образом испытывали на себе печальные результаты такой слабости. Все основные антигабсбургские союзники Франции (Голландия, Венеция, Савойя, Уния и др.) нуждались в сильной Франции и свое отношение к раздиравшей ее смуте строили исходя из своих интересов. Они готовы были способствовать укреплению той из сторон (правительства или грандов), которая в данный момент обладала большими шансами на успех и, следовательно, могла бы своей победой ликвидировать гражданскую войну. Поэтому при начале смуты в 1614–1615 гг. они поддерживали правительства Марии Медичи, правильно рассчитывая, что регентша скоро справится с Конде.