Падшее Просвещение. Тень эпохи [litres]

Напомним, что расцвету масонства как явления эпохи Просвещения способствовал в 1666 году большой лондонский пожар, который уничтожил 80 процентов старого города, включая восемьдесят семь церквей, и столицу нужно было практически построить заново. Это требовало громадных и сконцентрированных усилий со стороны гильдий «практикующих» каменщиков. Таким образом, «практикующее» масонство проникло в общественное сознание, и их мастерство проявилось в таких сооружениях, как собор Святого Павла и дворец Святого Иакова, площадь Пикадилли и Королевская биржа. По мере того как прямо на глазах населения рос город, его архитекторы и строители приобретали невиданное до сих пор уважение, и это уважение отразилось также на «спекулятивном» масонстве, приверженцы которого с готовностью подчеркивали свои связи с «практикующими» братьями. Самой главной фигурой в этой обстановке, вне всякого сомнения, был Кристофер Рен. Говорят, что в 1685 году его избрали Великим Магистром английских масонов. Однако он был не только мыслителем, но и практикующим архитектором. Именно поэтому он стал ключевым звеном, связывающим «спекулятивное» масонство с «практикующими» гильдиями. Таким образом, сразу же после реставрации монархии в философии и религии, в искусстве, науке и, самое главное, в архитектуре для масонства наступило время благоденствия и процветания. С этого момента почти все Великие мастера ложи были герцоги, графы, принцы – будущие английские короли, и это, естественно, привлекало к масонству высшую английскую аристократию и деловые круги. Идущие отсюда пожертвования составили финансовую базу масонства, и это позволило им осуществить одну из своих главных задач – перестройку сознания всего современного им общества. Экономическое влияние Англии на всю Западную Европу в этот период трудно переоценить. Именно промышленная революция, которая явилась результатом слияния научной абстрактной мысли, практикуемой в Научном Королевском обществе, состоящем в основном из масонов, и практической деятельности изобретателей и стала тем архимедовым рычагом, с помощью которого оказалось возможным перевернуть весь старый еще во многом средневековый мир.