Когда ещё не столь ярко сверкала Венера
- Автор: Милов Андрей
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Selfpub.ru (искл)
- ISBN: 978-5-532-10987-2
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Когда ещё не столь ярко сверкала Венера». Краткое содержание книги:
***
Уже отсчитывал томительные минуты час четвёртый… Хотя и с полной достоверностью известно мне, какая разыгралась карта там, однако остаётся лишь гадать – как. Да и разве столь уж важно, какие-такие силы вращают колёса, коль те послушны трём педалям да баранке и ручке передач, залапанным маслянистыми пальцами водилы?! Главное, чтобы исправно наматывались на спидометре километры пути. Не отважусь пуститься в дебри вероятностей и возможностей с тем, чтобы вывести умозаключение – как там, за горчичными занавесями, рассеянный свет от которых разбавил до сумерек осеннюю густую тьму снаружи, происходило заседание важных персон. Я вполне удовлетворён слухами и, главное, тем, что вы среди них и почти что свой там, всё прочее – пожухлая трын-трава на осеннем пустыре. Ваш час, кажется, пробил.
В самом конце, нарушая регламент, без предварительной записи в прениях по докладу вы вышли к трибуне:
– Товарищи! – воскликнули вы так, как будто всю жизнь только тем и занимались, что с трибуны обращались к многолюдному залу. – Прохожу на днях по ремонтной зоне. Гляжу, новёхонький «Икарус» – на домкрате. Заметьте, средь бела дня у всех на виду – без козел. Из-под автобуса торчат чьи-то ноги. Выволок, понятно, дуралея такого-сякого силком из-под машины. Еле сдержался, чтобы не накостылять. Руки, признаюсь, так и чесались влепить ему подзатыльник. Не имею, к сожалению, таких полномочий. А надо бы! И что это было бы, уважение к рабочему человеку или неуважение к рабочему классу?!
Вы наклонили голову и, растопырив пальцы, ладонью хлопнули себя по шее. В зале раздались смешки.
– А смешного, товарищи, здесь мало. Представьте на мгновение, что домкрат сорвался бы…
Замер на трибуне, взяв короткую паузу на восходящей ноте, чтоб придать пущую значимость установившейся тишине, и повёл свою взволнованную речь дальше:
– Возьмём другой пример. Бригада девочек-нормировщиц в течение года выполняет план на 130 – 140 процентов. Недокомплект. Не хватает кадров. Только выучишь одну – другая уходит. Новых надо учить. Откуда брать новых на такую ненормированную работу и такие оклады?! Кто и когда будет учить их, я спрашиваю? Каждая работает за себя и за пустое место, как говорят в народе – за того парня. Работают, справляются, но ропщут. Однако! Стоит нам задуматься о бригадном подряде, как прежние условия уже не переработка, а высокая производительность труда и достойный заработок… Одну секундочку, товарищи! Я помню о регламенте. Заканчиваю. Хотел сказать о самом главном – о человеке труда. А ещё, уж коль заседаем мы в зале ДК – Дома Культуры, то и о культуре самого производства. Кто, как не руководитель, в первую голову должен заботиться…
И понесло вас – не остановить: всю свою тоску по волоокой и досаду от того, что время идёт, а от неё ни весточки, вы облекли в горькие слова и выплеснули в зал. Такая неподдельная боль звучала в вашей речи, – о том, что было и чего никогда не было, – что сам Владимир Иванович встрепенулся от дрёмы. Он поманил пальцем того самого Волкова, Семёна Степановича, и тот, тоже, очевидно, поражённый нотками вселенской скорби в вашем голосе, о чём-то долго шептал ему на ухо, бросая в сторону оратора красноречивые взгляды. Владимир Иванович одобрительно кивал и вдруг, прямо из президиума, забасил:
– И что это за зверь такой – забота? Растолкуйте, пожалуйста, нам!
Зал затаил дыхание: что-то сейчас будет.
Отзвук щемящего сердца по волоокой наполнил ваш голос горечью. Не оборачиваясь на звук, вы ответили залу – замершему в гулкой тишине:
– Я думаю, что ответа на этот вопрос нет ни у кого из присутствующих здесь. Но!!! Лично мне больно видеть, когда рабочий человек честно делает своё дело, а его за это – по шапке! Я за то, чтобы каждый человек был на своём месте, тогда и дело будет спориться…
Владимир Иванович пяток раз хлопнул в ладоши, тем самым кладя конец прениям:
– Мы с вами, Евгений Фомич, ещё побеседуем о человеке труда, о его месте и роли в советском обществе. Надеюсь, у нас будет время потолковать по душам.
За спиной Владимира Ивановича стоял Семён Степанович, готовый подсказать или исполнить.
***
В заметно приподнятом настроении Евгений Фомич покидал зал заседаний. Не давило. Сердце не ныло. Дышалось легко. Видать, пар спустил – и давление спало, что позволило чуть отвлечься от своей сердечной кручины.
Кто-то подошёл сзади и похлопал его по плечу, кто-то пожал руку, кто-то говорил ему ободряющие слова и при этом заглядывал в глаза. Всё это продолжалось минут десять, пока наконец Евгению Фомичу ни удалось забраться в поджидавшую его машину, но и после он вынужден был обмениваться мнениями с коллегами через приоткрытую дверцу. Безусловно, подобные моменты в жизни человека называют минутой славы.