Всадники в грозу. Моя жизнь с Джимом Моррисоном и The Doors
- Автор: Денcмор Джон
- Год: 1990
- Язык: русский
- Год: Delacorre Press; Bantam Doubleday Dell Publishing Group; 666Fifth Avenue, New York, New York 10103
- ISBN: 0-385-30033-6
- Переводчик: Антон Яковина
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Всадники в грозу. Моя жизнь с Джимом Моррисоном и The Doors». Краткое содержание книги:
Он был уверен, что упрощение процесса звукозаписи пойдет нам на пользу, и его предложение звучало привлекательно. Меньше напряга. Я, однако, сразу разволновался, кто будет контролировать Джима со звукорежиссерского кресла, если он вздумает нажраться. Брюс был парень мягкий, задушевный, и раздавать руководящие указания людям было не в его репертуаре. Справится ли он с Джимом? Увольнение наших менеджеров оказалось удачным решением, мы стали в большей степени хозяевами своего дела, но и бремя нянчиться с Джимом теперь целиком легло на наши плечи.
Мы все согласились принять идею Брюса к исполнению. Я отправился домой, молясь, чтобы это сработало.
Ботник завез все оборудование на Бульвар Санта Моника, 8512, и мы затащили пульт наверх по ступенькам в офис Билла Сиддонса. Билл: «Пульт так и стоял на моем столе. Я работал днем, они приходили под вечер, двигали мебель, завешивали одеялами стены, и использовали мой офис как звукооператорскую». Мы установили внизу переговорное устройство, но с кем говоришь — видно не было, нас разделял этаж. Было особенно чудно, когда приходилось делать накладки — сидишь совсем один внизу и переговариваешься через спикер-бокс. Все остальные в этот момент находились наверху, в звукооператорской. При всем при том, благодаря добродушной натуре Брюса обстановка во время записи сложилась очень легкая.
«РАТ, ТАТ, ТАТ, ТАТ», отсчитывал мой рабочий в первый день, когда я палочками отбивал одиночные удары, мы выстраивали звук. Через пять-десять минут Брюс прервал меня, сообщив в наушники:
— Окей, переходим к бас-бочке.
«БУМ, БУМ, БУМ», ухал басовый, отзываясь на нажатие педали. Медленные, одиночные, монотонные удары, Брюс колдовал, добавляя высокие, средние и низкие частоты, работая со звучанием. Так прошло еще минут десять.
— Теперь томы.
— Я пониже настроил томы на I, IV и V аккордах, мы ведь собираемся поработать с “Been Down So Long”, это же блюз. Зря я, что ли, учился настраивать литавры, когда играл в духовом оркестре в колледже!
— Замечательно. Звучат хорошо.
Как-то слишком быстро все, подумал я.
«ДАМ, ДОМ, ДАМП! ДАМ, ДОМ, ДАМП!»
Сорок пять минут спустя после начала настройки Брюс позвал меня в звукооператорскую, послушать звук барабанов.
— Здорово звучат, слушай!
— Я счастлив, — улыбнулся Брюс.
— Ты хочешь сказать, что это все? Что мы уже закончили с настройкой барабанов?
— Ну, тебе ведь нравится, я правильно понял?
— Ну да, еще как нравится, это же мой звук, приджазованный, то, что надо. Так ты имеешь в виду, что нам не надо убивать весь день на настройку, как раньше? — я был поражен.
— Вы теперь взрослые мальчики, записываться умеете, я к вам со всем уважением.
— Здорово, Брюс, великолепно.
Брюса осенило, что нам надо предоставить больше ответственности за процесс записи, нам всем, включая Джима, и это работало. В итоге нам даже не пришлось контролировать Джима в студии. Он знал, что вожжи отпущены и в ответ повел себя более ответственно. Брюс никогда не заставлял нас делать больше двух дублей подряд, а о «вытягивании вокала» из Джима не было и речи, потому что почти все было спето и сыграно живьем, с первого раза. Мы бы не смогли бы достичь такого уровня совместной работы в студии, не записав всех предыдущих альбомов с Ротшильдом. В одном из интервью Джима того периода сквозит уверенность, которую вдохнул в нас Брюс:
Мы записываемся прямо у себя в репетиционной. Дело не в том, что нам не нравятся студии «Elektra», но мы чувствовали, что у нас получается гораздо лучше, когда мы репетируем. Это будет первая запись, которую мы, по сути, делаем без продюсера. Мы работаем с тем же звукоинженером, к которому привыкли, Брюсом Ботником. Он вероятно, станет со-продюсером, вместе с The Doors. В прошлом продюсер… не то чтобы он плохо влиял или типа того, но это будет совсем по другому — без пятой персоны в студии. Короче, мы будем справляться сами, к лучшему или к худшему.
Мы пошли за чувством. К чёрту ошибки.
Это работало, как магическое заклинание.
Однажды днем я спросил у Рея:
— Ты помнишь, в начале той вещи, “So What?” в зальнике Майлза «Live in Carnegie Hall»? Бе-дэ-де-до-де-дэ-де-дэ-дэмп…БЛЕЕЕ-СРКЭЭЧ-ДАМП? Ну, та громкая, отчетливая фальшивая нота в духовой секции?
— Yeah.
— Помнишь, что Майлз сказал по этому поводу? Он сказал, что это неважно, потому что там есть чувство. Забить на ошибки. Мне бы хотелось думать, что мы делаем нечто подобное с «L.A. Woman».