Унтер-офицер и другие
- Автор: Добози Имре
- Год: 1976
- Язык: русский
- Год: Воениздат
- Переводчик: Игорь Сергеевич Савольский
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Унтер-офицер и другие». Краткое содержание книги:
В двух повестях и рассказах, включенных в книгу, автор рисует образы венгерских патриотов — борцов за свободу и независимость своей родины.
С большой теплотой и сердечностью автор пишет о гуманизме советских воинов-освободителей, о братской дружбе советских и венгерских солдат, о строительстве новой жизни в Народной Венгрии.
Книга рассчитана на широкий круг читателей.
Бубик ничего не говорит, а только смотрит на меня, вцепившись в мой рукав.
Майор Головкин и Жига Мольнар уходят, а мы с Бубиком неподвижно стоим посреди комнаты, крепко держа друг друга за руки.
С улицы до нас доносится шум отъезжающего грузовика.
6 января 1945 года
Этот день остался в моей памяти как настоящий мирный праздник. Правда, у нас в доме не было рождественской елки, увешанной конфетами, которые по традиции в этот день можно снимать с нее, однако мама сварила хороший обед: приготовила голубцы и даже испекла слоеный пирог. У брата Шандора в тот день было особенно хорошее настроение, так как утром он ходил в Модорош, а вернувшись оттуда, сказал, что скоро они с женой и детишками переселятся в дом тестя, где им выделена комната, кухня и кладовая. Но это было событие, касающееся только нашей семьи, а более важное заключалось в том, что механику с мельницы удалось починить старый электрогенератор, с помощью которого освещалось все село еще до того, как нас подключили к областной электросети.
Механик обещал, что сегодня вечером в селе будет электрический свет, — правда, пока только в домах, уличного освещения сейчас не будет.
Учитель Фекете каким-то чудом сумел организовать самодеятельность, участники которой в четыре часа будут выступать перед односельчанами. Уж сам по себе этот факт имел немаловажное значение.
После обеда я пошел на кладбище, на могилу Даниэля, возле которой встретил Габора Шуйома и Бубика.
В полицию мы возвращались втроем. Мне, правда, можно было бы в тот день и не ходить, так как дежурил Йошка Козма.
Там все было в порядке: посты своевременно выставлены. Должен заметить, что после случая с диверсантами дисциплина в полиции значительно повысилась.
В полиции нас поджидал Подолак.
— Господин Фери, — начал возчик, глядя на меня снизу вверх.
— Я уже сто раз говорил, что я вам не господин.
— Это верно, ну да все равно. Послушайте меня, товарищ начальник, внимательно: что это за полиция, когда у полицейских нет своей формы?
«Что теперь придумал этот старик? — подумал я. — Откуда нам взять форму? Ну да послушаю, что он там еще сморозит», — решил я про себя.
— Священник только тогда священник, — продолжал старик, — если на нем ряса. А если ее нет, тогда что же это за священник? Разве это не так? Пожарники да железнодорожники и те свою форму имеют.
— А наши полицейские неплохо выполняют свои задачи и в гражданском платье, — ответил я ему.
Старик упрямо замотал головой:
— Ни сено, ни солома. В форме совсем другое дело. Представьте, что все полицейские ходят в одинаковых дождевых плащах или в одинаковых непромокаемых шинелях! Если господь бог выглянет из-за облаков и увидит их, то сразу же подумает: вот, мол, бравые ребята…
Проговорив это, старик даже языком прищелкнул, словно хотел доказать, что лучше непромокаемых шинелей на свете больше ничего не может быть.
«Ну и чудак же этот Подолак! — подумал я. — На дворе январь, середина зимы, а он размечтался о дождевиках и непромокаемых шинелях! А может, этот хитрец вовсе и не пустой мечтатель, а просто опять что-то такое задумал?»
— А ну-ка выкладывай, что придумал, — приказал я ему.
И тут наш возчик самым подробным образом начал распространяться о том, что мы, быть может, и не знаем даже, что неподалеку от дороги, что ведет в Кешерюкут, стоит небольшой хуторок, который принадлежит одному паршивому заводчику. Только нужен он был этому буржую не для того, чтобы вести там хозяйство, а главным образом для того, чтобы наслаждаться в одиночестве со своей любовницей.
— Грязный тип этот буржуй, — продолжал расходившийся вовсю Подолак, — не то что честный пролетарий Подолак. Пришло время утереть этому буржую нос…
— Каким образом? — поинтересовался я.
Подолак рассказал, что он вывез с того хутора две парусиновые палатки, которые без дела валялись в подвале. Из них, как он рассчитал, выйдет не меньше двадцати дождевиков, красивых и таких крепких, что их не только дождь не пробьет, но и топором не прорубишь.
— Об этом не может быть и речи! — решительно заявил я, прервав водопад слов болтливого возчика. — Палатки немедленно вернуть их законному хозяину.
— Ай-ай, это никак невозможно. — Старик закачал головой. — Хозяина уже нет давно. Господин буржуй сбежал на запад.
— Тогда отнесите брезент на наш склад и оприходуйте!
— Это можно… Но только не целиком, а кусками… Знаете ли, я еще позавчера договорился с портным Чинчаком, и, как я думаю, он уже скроил двадцать плащей…