Юность [Min Kamp. Fjerde bok]

— Унни носит под сердцем новую жизнь. Это будет ваш брат или сестра. Только представьте.

Улыбнувшись сквозь слезы, он вытер глаза, допил пиво и свернул самокрутку.

Мы с Ингве переглянулись. Бессмысленно, он так и будет нести околесицу.

— Пойду-ка я спать, — решил Ингве.

Когда он ушел, папа ничего не сказал. Мне не хотелось оставлять отца одного, поэтому я ненадолго остался с ним, но папа молчал и уходить не собирался — он сидел, уставившись перед собой, поэтому я тоже встал и пошел спать.

На следующий день, позавтракав, мы с Ингве, Кристин и Фредриком отправились гулять по городу. Мы немного прошлись по заснеженным улицам, темным и продуваемым ветром, затем Ингве с Кристин зашли в магазин одежды, а мы с Фредриком засели в кафе. Сперва мы, чтобы было от чего отталкиваться, обменялись мнениями о музыкальных группах. Затем принялись обсуждать, чем в этом богом забытом городе можно заняться. Не киснуть же в четырех стенах. Фредрик сказал, что неподалеку есть бассейн, — может, заглянуть туда попозже? Отлично придумали, похвалила Унни, когда мы вернулись домой. Да, молодцы, послышался из гостиной папин голос, я уже много лет в бассейне не бывал. Ты что, тоже пойдешь, удивилась Унни. Ну да, а почему нет, отозвался папа. Фредрику это не понравилось, я видел, но подумал, что до вечера еще долго и, возможно, все уладится. Отвезла нас Унни, потому что папа успел выпить пару бутылок пива. Мы прошли в раздевалку и уселись на скамью.

Папа начал раздеваться.

Я отвернулся. Прежде я еще не видел, как он раздевается, никогда не заставал его за таким интимным занятием. Он сложил брюки, положил сверху носки, сел на скамейку и расстегнул рубашку.