Бумажные крылья [publisher: ИДДК]

– Здоров. – Шуалейда накрыла ладонью руку Стрижа, призывая молчать, и уверенно улыбнулась. – Мы едем с тобой. Кстати, я хочу, чтобы Таис помогла мне разговорить Акану. Вряд ли он будет опасаться такой милой невинной девушки…

– Только не сегодня! Сегодня Таис будет занята.

Шуалейда сделала удивленные глаза:

– Чем это?

– Шера Альгредо будет танцевать с нашим величеством, слушать комплименты, принимать подарки и примерять корону. Завтра я представлю ее столице как будущую королеву.

– Ты уверен, Кай, что после того безобразия, которое было на празднике, Таис вообще станет с тобой разговаривать? Мне казалось, она обиделась.

– Будет, – как-то слишком уверенно кивнул король. – Таис умница, она все отлично понимает. Да и не вижу никого, кто помешает мне извиниться перед ней.

– Ты же собирался петь ей серенаду под балконом, – усмехнулся Закариас.

– Серенады потом. Почему бы мне не спеть серенаду собственной жене? Это весьма оригинально.

– Золотая мысль! Жена не сбежит, даже если испугается дивного пения вашего величества! – поддержала Лея, и если бы Стриж не ощущал ее эмоции как свои, то поверил бы в ее беззаботную легкость.

Но Лея тревожилась за брата. А может быть, не только за брата. Наверное, если это важно – она все ему расскажет. Чуть позже.

– Мы, как истинный монарх… – тем временем напыщенно начал Каетано, но тут же хихикнул. – Не собираемся лично пугать кошек. Каждый должен заниматься своим делом, так что петь серенады будет барон Тольядос. Ты же не откажешь своему королю?

– Себастьяно? – Шуалейда перевела взгляд с довольного брата на смущенного Стрижа и рассмеялась. – О, мой свет! Нам не хватает еще одной очарованной дамы!

– Хорошо, пусть будет один очарованный король, – подмигнул ему Каетано. – Спой нам, мастер Стриж… э, то есть барон Тольядос.

С гитарой в руках Стриж ощутил себя целиком и полностью счастливым. Он видел только Лею – и когда она после ухода Кая и остальной компании учила его управлять эфирными потоками, и вечером, когда снова надел лейтенантский мундир и ехал с ней на прием к Альгредо.

Бал у Альгредо тоже казался сном. Блеск, роскошь, высокопарные речи и изысканные блюда, церемонные танцы и завистливые взгляды, ароматы благовоний и запахи разгоряченных тел с приправой из интриг, лести, шкурных интересов, ревности и похоти. Все это скользило по краю сознания, откладывалось на потом, чтобы в тишине и одиночестве Стриж мог обдумать, оценить и понять хоть что-то. А пока он держался за Шуалейду, как за единственную опору в этом безумии, отвечал на все вопросы загадочной улыбкой и наслаждался каждым мгновеньем покоя: прекрасные сны имеют обыкновение слишком быстро заканчиваться.