![Утраченное кафе «У Шиндлеров» [История Холокоста и судьба одной австро-венгерской семьи] [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/4/8/7/8/utrachennoe-kafe-u-shindlerov-istoriya-holokosta-i-sudba-odnoj-avstro-vengerskoj-semi-litres-download.jpg)
Утраченное кафе «У Шиндлеров» [История Холокоста и судьба одной австро-венгерской семьи] [litres]
- Автор: Шиндлер Мериел
- Язык: русский
- Год: Аттикус
- ISBN: 978-5-389-20907-7
- Переводчик: Татьяна В. Камышникова
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Утраченное кафе «У Шиндлеров» [История Холокоста и судьба одной австро-венгерской семьи] [litres]». Краткое содержание книги:
Мирная жизнь Инсбрука и чарующая, отражающая культурные традиции Австро-Венгерской империи атмосфера открытого в 1922 году кафе «У Шиндлеров», где люди танцевали, заводили романы и где подавали самый вкусный яблочный штрудель во всей Австрии, – все оборвалось с приходом к власти нацистов. Члены семьи были разбросаны по миру, и правда об их жизни оставалась неизвестной до того времени, когда автор этой книги, «войдя в большой мир Богемии девятнадцатого столетия и Австрии двадцатого, двух мировых войн, падения империи, отравы антисемитизма и нацистской диктатуры», собрала воедино утерянные фрагменты пазла. Это рассказ не только о трагических потерях (некоторые члены семьи Шиндлер погибли в лагерях Терезиен-штадт и Освенцим), но в конечном счете о возрождении и примирении.
«Все детство нас окружали самые разные истории. Я приняла твердое решение понять отца, отделить правду от вымысла в его рассказах, точные воспоминания от неточных, а для этого мне предстояло с головой погрузиться в его прошлое и хитросплетения большой, длинной семейной истории. Мне предстояло основательно познакомиться с историей Австрии, понять, каково было жить в неспокойной стране, с высот своего имперского величия упавшей в пучину Первой мировой войны, едва не исчезнувшей и все-таки поглощенной Третьим рейхом. Мне предстояло точно узнать, что сталось с “империей Шиндлеров”». (Мериел Шиндлер)
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Да, усилий было приложено немало, но я все-таки думаю, что члены трибунала не слишком заинтересовались бизнес-планами Гуго и Эдит. Собеседование было, скорее всего, чистой формальностью. У ста двадцати трибуналов и без того дел было по горло: они сумели заслушать все 73 800 «иностранцев из недружественной страны», проживавших в Британии. Трибунал больше интересовали причины переезда в Англию и политические пристрастия. Могу себе представить, как его члены сухо замечают, что кафе, где продается «вражеская еда», да еще и названная на немецкий манер, скорее всего, будет непопулярно в теперешней обстановке.
После собеседования трибунал классифицировал Гуго как «иностранца категории Б»: таких нельзя было интернировать, но на них распространялись некоторые ограничения, а вот Эдит была отнесена к «категории C», и ей предоставлялась полная свобода. Чтобы получить эту категорию, беженцы должны были представить характеристики и доказать, что они связали свою судьбу с Британией. Возможно, что на руку Эдит сыграли ее пол и более долгое пребывание в стране. Обоим удалось отвертеться от «категории А», оставленной для самых опасных людей, которые могли оказывать помощь врагу или подрывать обороноспособность Соединенного Королевства, а следовательно, подлежали немедленному интернированию.
В январе 1940 года Курт перешел в новую школу, и она понравилась ему больше, чем та, первая, в Кенте. Он стал учеником Хэрроу, одной из лучших английских частных школ для мальчиков, на северо-западе Лондона. Она была расположена по соседству, потому что вся семья – Гуго, Эдит и ее родители – жили теперь в доме № 96 по Хэрроу-стрит, в квартире, которую им предложили как беженцам, о чем сообщалось в газете Old Harrovian.
В Хэрроу Курту было гораздо лучше. На фотографиях широко улыбается довольный жизнью четырнадцатилетний юноша, одетый то в школьную форму Хэрроу, цилиндр и фрак, и с мамой под руку, то в белую форму для крикета, то на пикнике с родителями, бабушкой и дедушкой Ротами. Судя по этим снимкам, еврейский мальчик, родившийся в Тироле и говоривший по-немецки, сделался примерным учеником английской частной школы, хотя правила крикета так и остались для него китайской грамотой. Авторы маленькой синей брошюры наверняка были бы довольны.
Эдит была очень чувствительна к вопросам статуса, ведь в те времена государство не обеспечивало всем бесплатного среднего образования. Она выбрала Хэрроу не только из-за удобного расположения, но и, без сомнения, из-за тех связей, которые, как она думала, Курт мог там приобрести. Курт руководствовался тем же самым принципом, когда потом выбирал школы для сестры Софии и меня. В престижной школе Курт пробыл недолго. Он проучился в Хэрроу один семестр, а потом Эдит забрала его оттуда.
42. Эдит с Куртом, одетым в форму школы Хэрроу, 1940 г.
Курт утверждал, что столь быстрое прощание было вызвано страхом Эдит, что школу могут бомбить. Он был ее драгоценным, единственным ребенком, поэтому до определенной степени это похоже на правду; действительно, школа располагалась на возвышенности и поэтому была уязвима. Примечательно, когда именно это произошло. Шла «странная война», нацисты еще не начали свой блицкриг на запад, а британцы лишь через несколько месяцев узнали, что такое бомбардировка с воздуха. К марту 1940 года многие дети и матери, эвакуированные из Лондона в 1939 году, уже успели вернуться домой.
Архивист Хэрроу сказал мне, что не сохранилось никаких документов, объясняющих, почему Курт не остался в школе. Из писем, которые Эдит писала своему дяде Отто в Прагу, я знаю, что им с Гуго не хватало денег. Значит, они просто-напросто не «потянули» обучение. А раз деньги были фактором, и уж тем более решающим, Эдит вполне могла скрыть это от Курта. Так или иначе, произошло то, что произошло. Глядя на даты учебы в Хэрроу, я впервые поняла, что школьное образование отца, которое он урывками получал в двух странах, закончилось, когда ему было всего четырнадцать лет, то есть совсем в ранней юности.
Курт потом вспоминал, что начал практически обучаться сельскому хозяйству. Я думаю, что на самом деле речь шла об изнурительной работе на какой-то ферме, полученной через еврейский беженский комитет. Отец ничему не научился, только на всю жизнь люто возненавидел физический труд. Зато там его не доставали бомбы, которые начали падать на Лондон.
В июле 1940 года в Британии разразился затяжной кризис; Франция уже пала, начался длительный этап бомбардировок и воздушных боев, с которых началась битва за Англию, а затем и блиц. Боязнь вторжения и опасения за безопасность в стране становились все сильнее, Министерства обороны и внутренних дел никак не могли договориться, как быть с «иностранцами из недружественной страны». Никто не горел желанием повторять полномасштабное интернирование, которое практиковали в Первую мировую войну; зато были сильные подозрения насчет «пятой колонны» из немцев и австрийцев, оказавшихся в Англии, которые с охотой помогали бы возможным завоевателям.