Our golden years (СИ)
- Автор: Cursed Ellie
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Our golden years (СИ)». Краткое содержание книги:
«Слабак» — донеслось через проход.
— Я готов попрактиковаться, профессор, — взметнулась вверх широкая ладонь с первой парты.
— Похвально, мистер Эйвери. Пожалуйста, в любое свободное время на вашем товарище мистере Розье. Занятие окончено!
Мгновение, и повсеместно задвигались стулья, а ещё через мгновение подъехали и сливающиеся в литой гул обсуждения [не отходя от кассы, называется]. Видимо, все были под таким впечатлением, что даже забыли о невидимой линии, разделяющей кабинет. И оба факультета, перемешавшись между собой, стали продвигаться к выходу. Лили, осуждающе метая молнии в направлении учителя, сгребла принадлежности в сумку и покинула класс вперед всех.
— О-хре-неть, — обернулся к нему Сириус с таким лицом, словно только с Чемпионата мира по квиддичу. Римус, всё ещё подбирающий свою челюсть, невнятно кивнул.
Охренеть — не то слово. Но он не вкладывал в него того же восторженного значения, что и Блэк. И когда Римус должен был уже переступить порог, липкое ощущение на затылке стало слишком очевидным, и он обернулся к вновь подпиравшему стол волшебнику, сразу встретившись с его пристальным взглядом.
Правый уголок губ чуть вздёрнулся, и профессор, игриво помахав ему пальцами, выразительно подмигнул. Но прежде чем мигнувшее вниз-вверх веко полностью открылось, под ним промелькнуло что-то ещё. А Римус даже прибалдеть в полной мере не успел, так как его вытолкнул в коридор идущий следом Сохатый.
— Так же нельзя. Это же издевательство откровенное. Надо сообщить профессору Макгонагалл! — Хлопнула кулаком по ладони Лили, у которой в два раза увеличился прикорневой объем.
— А, по-моему, это был самый образцовый урок в этой школе. Меньше будет рот свой раскрывать, — свободно закинул на него руку Блэк. Как в старые добрые времена.
До кабинета Истории оставалось преодолеть один коридор.
— Джеймс, ты тоже так считаешь? — Все остановились и обратились к плетущемуся в хвосте Сохатому [с Хвостом], и тот натянул нижнюю губу. — Понятно.
— Ты только что лишился десятка заработанных звёздочек, — продекларировала Мэри мысль Римуса, когда Лили, нарочно звонко стуча каблучками, устремилась вперёд, догнав Марлин и Доркас. — Как по мне, пахло злоупотреблением власти, но это сексуально, — четыре пары глаз с одинаково приподнятыми бровями воззрились на Макдональд, и она, отмахнувшись — ой, да с кем я разговариваю! — направилась за девчонками.
— Думаете, лишился?
— Определенно, — в три голоса.
— А ты, Бродяга, не подмазывайся, — безапелляционным тоном, — после Прорицаний сразу на поле, — и, ткнув Сириуса в грудь, Джеймс пошёл в конец коридора.
Хвост, очухавшись, увязался за ним. Он всё ещё чувствовал себя, мягко сказать, неуютно в их с Блэком компании. И нет, не по причине перешагнувших стадию дружбы отношений двух Мародеров. Питер как бы единственный пребывал в счастливом неведении. Ну, за исключением периодически теперь захаживающей в их круг Доркас [она на испытательном сроке, Марлс!].
Он всё ещё трясся за свой секрет, вскрывшийся на доске в шахматном клубе. А ведь Римус уже отмёл его на задний план и, если бы не извечно выступающая на лбу Питера испарина, даже не вспоминал бы о «разностороннем» хобби друга.
— Зашибись, — прыснул Блэк, — Эванс его динамит, а отдуваться мне.
— Вообще-то, ты накосячил.
— Пфф, подумаешь, пропустил пару стаканчиков, — если припомнить невменозное состояние, пару бутылок, — уже развеяться нельзя.
Блэк типа-невзначай убрал руку и типа-поспешил за остальными. И исходящий от него протест был осязаем, словно незримый панцирь. Не окажись Римус случайным зрителем вчерашнего представления одного актера, после которого тот устроил вечеринку в одно рыло, он бы может и допытывался до Сириуса. Но он вроде как понимал, интуитивно улавливал, какие раны вскрыл диалог с Мэри, и не хотел сыпать на них соль.
И всё же Римус, дернув за мантию, развернул того и заставил посмотреть себе в глаза, чтобы удостовериться.
— Сириус, ты в порядке?
— Да, — ожидаемо слишком быстрый ответ, хоть и звучало убедительно. Он же Блэк. И Сириус для закрепления результата даже взгляда не отвёл, но маленькая перемена всё-таки проявилась. — А ты?
К рикошету его жизнь не готовила.
Римус машинально посмотрел поверх его плеча, где к кабинету подтягивались ученики с желтыми галстуками в синюю полоску. Пятница. История Магии. Сдвоенная с Пуффендуем. И бубнёж профессора Бинса имел радикально-противоположный эффект певчему голосу Элерса. Это был самый невыносимо долго тянущийся урок на неделе, на котором его неизменно выбрасывало к другому — его личному — секрету.
Вернее, к неразрешенному вопросу, представляющемуся дрейфующим вдалеке айсбергом, на который Римус слишком долго пялился через подзорную трубу. Только вот он всё напутал и поднёс её не тем концом, а когда убрал, столкновение стало уже неизбежно.
Ему нужно было срочно что-то предпринимать, пока его не похоронило под ледяными обломками, однако видимый путь на выход был лишь один — прыгнуть за борт и позволить тысячам иголок пронзить его тело.
— Да, — и если под водяной гладью ответа Сириуса пряталась та же глыба льда, то им крышка.
Блэк провёл языком по внутренней стороне щеки и усмехнулся.
— А вот ты, Лунатик, врать не умеешь, — вполоборота, — погнали.
И это было практически признание. Ничего не в порядке, но Сириус не намеревался мусолить по кругу одно и то же. Изгнание, непримиримые разногласия с братом, тяжелый разрыв с Марлин — против некоторых вещей «чудодейственное» свойство времени бессильно. Однако Римус четко подметил одну вещь: когда они были вдвоём, тот забывал обо всём. В такие моменты для Сириуса существовал только он. И неудивительно, что Сириус не хотел отпускать его, чтобы продлить забытье. Вот и подоплека всей ненасытности. Ну, либо Блэк реально «похотливая скотина».
Тем не менее, антипохмельное заклинание не являлось панацеей от всех последствий полоскания сосудов огневиски, и, продержавшись на ногах полдня, а потом приняв заслуженную джеймсо-поттерскую кару, Сириус заснул ещё до отбоя. Притом не раздеваясь — будто присел на кровать, упал на спину и засопел.
— Мы его так и оставим? — Осторожно поинтересовался Хвост по правую руку. Римус оценивающе окинул позу посвистывающего Блэка.
— Думаю, можно его разуть, — наклонился он, чтобы приподнять ногу и расшнуровать ботинки. И только взялся за икру, как…
— … ммм… Лунатик, не здесь…
— Да! — Отскочил Римус. — Да, пожалуй, так его и оставим, — принявшись расчесывать затылок.
Хвост, не въезжающий в половину происходящего на постоянной основе, простодушно пожал плечами, а затем опустил зеньки и спрятался на своей кровати за балдахином. Блэк снова что-то промычал и совершенно не аристократично хрюкнул, и Римус, покачав головой, залез в своё маленькое укрытие. Возможно, следовало бы завести тему так беспокоящую друга ещё раз, заверить в своём беспрекословном молчании. Но сил не было никаких, да и Питера, сколько ни успокаивай, всё равно не успокоишь. Лучше всего просто держать своё слово.
А день вышел, и правда, выматывающим. Весь обед и ужин Римус, воззвав к своему мастерству скрытности и шпионажа, искоса следил за профессором ЗОТИ, пытаясь подловить, когда тот моргнёт, чтобы убедиться в том, что ему не почудилось нечто странное. Тогда-то и обнаружилась неопровержимая странность, которую уже точно не спишешь на обман зрения. Потому что тот не моргнул — вообще ни разу! Римус даже подумывал незаметно наколдовать песчинку и запульнуть учителю в глаз. Человек же должен моргать!
В итоге, отталкиваясь от обратного, Римус убил два часа, штудируя стопку с него ростом фолиантов и справочников о полулюдях и тёмных существах, но с такой жалкой зацепкой в руках ровно с тем же успехом мог поискать иголку в стоге сена. Даже вампиры моргают, а они, между прочим, нежить.
Определенно, с Элерсом было что-то не так. И Римус уже чисто из принципа хотел докопаться до истины. Он же не просто так подмигнул ему, знал, что Римус заметит аномалию. Специально дал подсказку…