Не повышай на меня голос, птичка [СИ]

Женщина-агония, которую я ненавидел до глубины души и любил, сгорая дотла от потребности обладать ей.

Горю и сейчас, наблюдая, как она теребит в руках керамическую чашку, совершенно не замечая моего присутствия. Всегда любил эти моменты. В них есть особая атмосфера, где она настоящая, искренняя Тата. Без возведенных стен, что она регулярно выстраивает, закрываясь от меня. Но пришло время уступить и сдаться мне. И, если потребуется, я сожгу для этого ад. Я слишком долго боролся за нее. Даже с самим собой. Тогда еще не понимал, но я вел заранее проигранную битву.

— Не понимаю, — Тата первая нарушает тишину, когда наконец встречается со мной взглядом. Блядь. Она расстроена? — Что ты… Как ты… — она выдыхает и поднимается из-за стола, резко выплескивая свою чашку чая в раковину. — Ты провел с ним всего два дня, а в твоей компании он уже не вспоминает обо мне… Он никогда раньше… не засыпал без меня. Даже в ту ночь, когда ты впервые взял его на руки… Ваня не заплакал…

— Я его отец.

Я вижу, как она злится, но черт возьми совершенно не понимаю на что.

— Может объяснишь свою истерику?

— Это не истерика, Марат, я просто… — она запрокидывает голову, уперев руки в бока, прежде чем произнести тише и спокойней: — Просто я боюсь, понимаешь? Боюсь того, какой будет наша жизнь рядом с тобой.

— Вижу, ты продолжаешь убеждать себя в этом.

— И ты удивляешься почему? — она снова повышает голос, и мне становится сложнее держать себя в руках. За последний месяц я и так стал слишком хорошим. И Тата зря сейчас пробуждает то, что ей не понравится.

Шагаю ближе, вынуждая Птичку напрячься и отступать, пока ее задница не врезается в столешницу, а я не оказываюсь над ней.

— Тата, мне казалось, я ясно дал понять свои намерения. Я серьезен как никогда. Я хочу тебя и нашего сына.

Прикладываю нечеловеческие усилия, чтобы не закончить все эти ебаные разговоры и не запустить пальцы в золотистые волосы, затем набросившись на сладкий рот желанной женщины.

— Я благодарна тебе за то, что ты спас нашего сына, но опять же все это дерьмо случилось из-за тебя… — Тата закусывает губу и, покачав головой, сдается, утыкаясь мне в грудь. Хорошая девочка. — Прости… мне жаль… нужно время… Я еще не успела отойти от шока…