Обещания и Гранаты [ЛП]

Никогда не казалось, что проведу свою жизнь грешником и наконец почувствую вкус Рая только для того, чтобы его вырвали прямо из-под твоих пальцев.

Но нужна такая женщина, как Елена, чтобы вызвать подобные чувства. Это требует доброты и тепла, не такого огня, который горит просто так, черт возьми, а такого пламени, которое расцветает со страстью, пониманием и легким оттенком тьмы.

Это ее врожденная доброта, которая делает потерю чертовски невыносимой.

Без нее я чувствую себя половинкой души, бесцельно существующей, ожидающей, когда земля вернет меня себе на покой, как и многих других.

Несколько месяцев назад, когда я принудил ее к браку, я даже не осознавал, что в моей жизни чего-то не хватает. Не понимал, что хочу, чтобы кто-то был рядом, чтобы уравновесить меня, раздвинуть занавески и пролить немного света, при условии, что я также смогу нарисовать ее в тени.

Ее нет всего несколько минут, и все, на чем я могу сосредоточиться, — ее отсутствие.

Тоска прокладывает дорожку вверх по моему позвоночнику, оставляя после себя кровавые, зияющие раны, которые только углубляются с каждой секундой, которую я провожу, не преследуя ее.

Кармен все еще всхлипывает, по ее щекам текут фальшивые слезы, и я слегка опускаю пистолет, качая головой.

— Это хорошее чувство, но уже на целое десятилетие слишком поздно. И, честно говоря, мне не нужны твои объяснения. Единственная, кто этого заслуживает, — это Елена, потому что она единственная, кто заботится о тебе.

Отдергивая запястье назад, я вытягиваю его вперед, прижимая дуло пистолета к ее скуле, наслаждаясь знакомым треском, который раздается при ударе. Она кричит, ее руки взлетают к лицу, когда она давится слюной.

— Пусть это будет твоим гребаным уроком, — говорю я, отступая. — Ты будешь жить, потому что мне все равно, чтобы убить тебя.

Пока она продолжает кричать, я провожу рукой по волосам и оставляю ее там, направляясь внутрь, моя грудь почему-то легче, чем когда-либо, несмотря на все остальное, что происходит.

Рафаэль прислоняется к лестнице, когда я прохожу через кухню, дым клубится вокруг его головы.

— Ты не собирался делать предупредительный выстрел, не так ли?

Он не спрашивает, просто произносит свою фразу так, как будто это самая очевидная вещь в мире.

Я засовываю руки в карманы, приподнимая плечо.

— Похоже, ты уже знаешь ответ на этот вопрос.

Ухмыляясь, он делает еще одну затяжку, наблюдая за мной.

— Я убью историю о похищении, если ты заплатишь то, что мне должен.

Моргая, я почти смеюсь, засовывая пистолет сзади в штаны.

— Я тебе ничего не должен. И вообще не думаю, что кого-то вообще интересует твоя сфабрикованная история.

— Тот контракт, который ты выудил у меня с Болленте, обошелся мне в четверть миллиона. Я закрыл Монтальтос в Кингс-Трейс и продал то, что у нас там было, но если у Риччи есть хоть какой-то шанс противостоять всему этому, шантажу, сборщикам долгов, слежке федералов, когда они поймут, что я больше не плачу местной полиции за то, чтобы она закрывала глаза… Мне нужна финансовая поддержка, Кэл. Не думай, черт, что ты закрутишь мне гайки и в этом.