Противостояние империй

Слова эльфа сочились плохо скрываемым сарказмом, хотя с лица не сходила широкая дружелюбная улыбка.

– Скоро подвезут сено для скота. Снимай всех с работ, необходимо оборудовать сеновал – так это, кажется, называют у людей… И вот еще что, почтеннейший. Скоро будет осенняя ярмарка, такой праздник по поводу урожая. Барон созывает гостей, и нас в том числе. Увы, мой друг, гномов не зовут, – с неподдельным сочувствием покачал головой Вальзар. – Но мы еще попытаемся устранить эту несправедливость.

Дэриан скрипнул зубами. Едва колонисты успели возвести кое-какие постройки, а этот треклятый эльф сыплет поручениями как из рога изобилия! И эти его проклятые чертежи… Но больше всего гнома бесила эта легкость, с какой он обделывал дела. Ох, коли бы не грамота Владыки, с каким бы наслаждением гном прикопал этого спесивого умника!

Весь остаток дня эльфы бродили по полю, а Вальзар испытывал пресс для торфа, изготовленный гномами за время отсутствия лесных жителей.

К закату понурые гномы неспешно плелись в общинный дом, чтобы погреться у очага и перекусить. Руки гудели, зато просторный сеновал был пристроен к загону со скотом. Оставалось проделать дверь из дома, чтобы ходить напрямую и не морозиться зимой.

С удивлением гномы взирали на странного вида навесы с длинными жердями, возведенные эльфами. Лесной народ аккуратно раскладывал на жердях большие квадратные листы прессованного торфа. Вальзар с помощником выкладывал на платформу пресса последнюю порцию мокрой торфяной кашицы, чтобы сделать последний на сегодня лист. Скрипнул ворот, когда два эльфа потянули длинные рычаги, и брызнула влага.

Вальзар прошелся по контуру острым ножом, счищая неопрессованные края, и последний лист занял место под навесом. Дети Вечного леса чинно прошествовали к стене низенького дома, где гномы вкопали невысокие столбы для гамаков, точно и не было утомительного дня и тяжелой работы за плечами. Величаво и беззвучно, точно видения, скользили они мимо усталых коренастых работников. На одежде ни пятна грязи, волосы все так же свободно развеваются на легком ветерке. Один из гномов аж сплюнул от досады. И все-то этим треклятым выскочкам нипочем. Ни тяжелая работа, ни сложные переговоры, ни даже холод поздней осени.