Избранные произведения в одном томе

Все были очень немногословны. Один из агентов спросил, удобно ли мне. Пилот что-то тихо сказал в приборную панель. Мы приближались к дому номер 17 по Парковой аллее, резиденции правительства.

— Похоже, действительно к администратору, — сказал Алекс.

— Похоже на то. — Я чувствовала себя не слишком уютно. — Может, он тоже в этом замешан? Откуда нам знать?

— Понятия не имею, насколько высокие сферы тут затронуты.

Территория вокруг здания была обнесена железной оградой. Мы опустились на площадку возле восточного крыла. Агенты открыли дверцу и после коротких переговоров с охраной провели нас через широкую лужайку в резиденцию администратора. Это относительно небольшое и скромное здание, возведенное недавно, стояло среди архитектурных гигантов, построенных при Кливах.

— Намек ясен, — заметил Алекс.

Мы миновали замысловатую систему безопасности и получили идентификаторы, после чего нас провели в приемную.

— Он наверняка хочет, чтобы мы все отменили, — сказала я, когда мы остались одни.

— Конечно. Но я буду крайне удивлен, если мы увидим его лично. Он наверняка натравит на нас кого-то другого. От Векслера, вероятно, уже избавились.

Помещение было заставлено книжными полками, но, судя по виду многотомных изданий, стоявших в полном порядке, ими никто не пользовался. На стенах висели портреты суровых мужчин и женщин — казалось, они смотрят куда-то за горизонт, — картина с изображением водопада, и еще одна: здание с колоннами и портиками на фоне моря. Алекс стал листать книги. Тут пришла помощница и попросила нас следовать за ней.

Она провела нас по коридору, увешанному фотографиями еще более суровых личностей. Интересно, подумала я, кто-нибудь из представителей власти хоть раз улыбнулся для портрета? В конце коридора находился большой кабинет. За столом рядом с закрытой дверью сидел утомленный секретарь.

— Господин Бенедикт и госпожа Колпат, — доложила сопровождающая.

Секретарь улыбнулся и сказал в коммуникатор:

— Они здесь. — Получив ответ, он кивнул и встал. — Сюда, пожалуйста.

Он повел нас еще по одному коридору, затем наверх по лестнице. Наконец мы оказались перед тяжелой дверью, обшитой деревянными панелями. Секретарь осторожно открыл ее, заглянул внутрь, объявил о нашем прибытии и отошел в сторону.

Мне показалось, будто я вышла на сцену. Над моей головой был сводчатый потолок, сквозь тонированные окна лился мягкий свет. Главным предметом обстановки был большой резной стол с флагами позади него. Вокруг стола помещалось около десятка кресел, вдоль одной стены стоял длинный диван. Весело потрескивал огонь в камине. Отчего-то создавалось впечатление, будто именно здесь творится история.

Из-за стола поднялся Тау Килгор. Администратор. Собственной персоной.

Он горячо беседовал о чем-то с крупным сердитым мужчиной и женщиной средних лет с каштановыми волосами, которая изо всех сил старалась сохранить безучастный вид.

— Это невозможно, — сказал Килгор, вставая.