Воспоминания

С Булатом Окуджавой у меня была связана одна личная история, но об этом умолчу. Она никак не повлияла на мое сочинительство, но стала недолгой частью жизни.

Первая встреча с Андреем Вознесенским состоялась в «Мелодии». Я оформлял тогда «Ораторию» Родиона Щедрина на стихи Вознесенского. В силу многозначности этого произведения, отголосков в нем евангелических сюжетов, обложка была составлена из гравюр разных мастеров с каноническими изображениями. Главенствовал образ Богоматери с Христом на руках. Щедрин, который считал меня «своим» оформителем, отнесся к этому с интересом, Вознесенский иронически, хотя и согласился с решением. Вспоминаю не точно, но он сказал: «Вот как убаюкал меня Родион Константинович». В дальнейшем мы встречались с ними в «Мелодии» и уже в «Новом Эрмитаже», бывал я и у него на даче, где он подарил мне свою книгу. В нашей галерее я хотел организовать выставку его графических коллажей. Не сошлись на условиях.

С Евгением Евтушенко мы близко знакомы не были, встречались несколько раз в ЦДЛ, в литературном музее на Трубниковке. В последнюю встречу, он был на выставке «Оттепель» в этом музее, с тяжелым взглядом уставшего человека, пестро одетый не по возрасту. Я хотел подарить ему только что вышедший первый том моего четырехтомника, но он был в окружении сотрудников музея, быстро ушел, тяжело опираясь на палку. Не вышло знакомство.

В день, когда я пишу эти строки, показали фильм Андрея Судиловского о Евтушенко. В обед, иначе бы я его не увидел – включаю в это время телевизор. Я никогда не интересовался чужой жизнью, семейными там отношениями. В фильме был Евтушенко со всеми его горестями и радостями, правдой и сочинительством, славой и «выпендрежем». Но его несчастно-счастливые отношения с близкими, женщинами мне порой понятны. Странное совпадение в этот день, странные совпадения в жизни. Как и частичные затмения на ее протяжении.