Хозяин усадьбы Кырбоя. Жизнь и любовь
- Автор: Таммсааре Антон Хансен
- Год: 1982
- Язык: русский
- Год: Ээсти раамат
- Переводчик: Ольга Ивановна Наэль
- Жанр: Классическая проза
Электронная книга - «Хозяин усадьбы Кырбоя. Жизнь и любовь». Краткое содержание книги:
В первом из них действие разворачивается в эстонской деревне после первой мировой войны. В центре повествования — трагическая судьба волевого одаренного юноши, который погибает в результате конфликта, обусловленного в конечном счете социальными условиями тогдашней буржуазной действительности.
В романе «Жизнь и любовь», изображая буржуазную городскую среду, писатель рассказывает историю крушения любви и брака приехавшей в город бедной крестьянской девушки. Ее трагедия — это трагедия нравственно чистой и цельной натуры, близко соприкоснувшейся с растленной моралью основанного на лжи и обмане эксплуататорского общества.
Она решила, что будет носить целые дни темное платье, так что господин Всетаки сможет приходить домой и видеть ее сообразительность и уменье. Однако он пропал на всю ночь и явился только утром, ворча на скучную и утомительную поездку по делам. Так что весь Ирмин умелый ум или умное уменье пошли прахом. Хозяина не было дома и следующей ночью, а когда он пришел утром, то вообще не сказал ни слова. Лишь прошел в ванную и долго плескался холодной водой. Так продолжалось несколько дней и ночей. Ирма уже и не помнила, сколько дней и ночей это длится, как не знала и то, что умнее — носить ли все еще темное платье, или надеть светлое, которое уже село. И она надела на следующий день светлое и ходила по комнатам, как весеннее солнышко. Господин Всетаки увидел ее, но не проронил ни слова, будто был рад сегодня солнечному теплу.
— Сколько вам лет, барышня? — спросил он.
— Я уже однажды вам говорила, — ответила Ирма.
— Я знаю, что говорили, но я забыл. Не могу удержать в голове возраст молодых девушек, они то старше, то моложе, — объяснил господин Всетаки.
— Только не моложе, чем на самом деле, — возразила Ирма. — Как это человек может быть моложе своих лет?
— А как это человек может быть старше своих лет? — спросил господин Всетаки.
— Так не бывает, — сказала Ирма.
— А вот и бывает, — сказал господин Всетаки.
— Как же так?
— А вот как, барышня, — стал объяснять Всетаки. — Вам самой, пожалуй, важно, сколько вам лет на самом деле. Но нет, даже вам самой это не важно, а вот когда почувствуете себя старой, тогда захотите знать. Ведь девчонка может чувствовать себя старухой, и тогда она в самом деле старуха, особенно для других. Ведь кому какое, дело до вашего возраста? Человеку важно только то, старой или молодой вы ему кажетесь, — и это все. А вы кажетесь в один день на десять лет старше, а на следующий — на десять лет моложе. Просто ужасно смотреть. А я казался вам порой моложе, хоть не намного?
— Нет, сударь, — ответила Ирма, — я это никогда не замечала.
— Это тоже ужасно, — сказал господин Всетаки с такой шутливой жалостливостью, что Ирма невольно посмотрела на него и рассмеялась, — Вы просто не обращали на это внимания, пожалуй, а как только обратите, сразу увидите, что со мной происходит то же самое, что и с вами.
— Ну, тогда я буду изо всех сил стараться наблюдать за вами, — так же шутливо ответила Ирма.
— Да, наблюдайте, барышня, — сказал он, — тогда у меня будет хоть один человек, который изредка посматривает на меня. Так приятно об этом думать порой. А вам, барышня, тоже приятно, когда знаете, что кто-то следит за вами?
— Иногда приятно, иногда неприятно, — ответила Ирма. — Зависит от того, кто следит.
— А мне порой совсем не важно, кто на меня смотрит, лишь бы кто-то смотрел. Даже если это пес, совсем чужой пес, когда он навострит уши, посмотрит на тебя, подойдет, обнюхает, повиляет хвостом и побежит своей дорогой. Такой пес может поднять настроение на несколько часов, даже на целый день. Разве плохо жить на белом свете, если встречаются такие псы? Сегодня тебя обнюхает один, обнюхает и повиляет хвостом, а завтра повиляет хвостом небось и другой, если он тебя уже обнюхал.
Вечером того дня, когда господин Всетаки говорил это, он вернулся домой вовремя и стал жаловаться на боли внутри. Он велел Ирме согреть воду и принести ее в миске в спальню, так как хотел поставить себе компресс. Когда минут через десять — пятнадцать Ирма вошла в спальню с миской, господин Всетаки лежал в постели под одеялом. На стуле были уложены разные платки, бинты и кусок вощанки.
— Вы знаете, барышня, как надо делать горячий компресс? — спросил господин Всетаки. — Сегодня я впервые хочу поставить его, до сих пор я лечился лекарствами, но мне сказали, что горячий компресс — лучшее средство при таких болях. Мне велели купить вот эти штуки, но, право же, не знаю, помогут ли они.
Ирма стала разглядывать купленные вещи. Она знала, как ставить горячий компресс, — видела, как это делала мать, леча ее и бабушку. И поскольку они были по сей день живы-здоровы, то и верили, что все сделал компресс. Сама Ирма ставила компресс у Кальмов, с тех пор, пожалуй, у нее и началось общение с Ээди.