Our golden years (СИ)

— Твою ж… издеваешься? — Прошептал он, проведя ладонью по лицу. Пёс жалобно скульнул, и Римус упал на подушку. — Это не смешно, Бродяга, я пытаюсь спать, — перевернулся он на бок, демонстративно закрывая глаза. Минута. Две. Ноль телодвижений. — И долго ты будешь там сидеть?

Шерстяная туша аккуратно подползла и легла рядом, расположив морду между передних лап и прижав уши.

Эм, вообще-то, он не это имел в виду.

Что сказать… Римус однозначно питал слабость к Сириусу в анимагической форме, и тот редко, но метко пользовался ею. На пса не накричишь, не допросишь, не выпнешь. Видимо, Римусу стоит расценить этот нечестный ход, как некий шаг, мол, не всё идёт идеально, но смотри, я в твоей постельке.

— Черт с тобой, — Римус закинул руку на холку, зарывшись пальцами в густой мех, — давай, спать.

И пёс пододвинулся поближе.

====== Глава 1.25 Ангелы, ловушки и исследования ======

— Открыл? — В пятый раз спросил Римус. Поттер с Блэком синхронно мотнули головами. — А сейчас?

— Нет, колеблется, — нарочно пялясь в тарелку, ответила Марлин.

— Косится на нас, — доложил Сириус по левую руку от неё.

— Он не попадется на этот трюк в третий раз, — Римус абсолютно не верил в успех операции, но ему так не терпелось обернуться.

— Поэтому мы с Сохатым его усовершенствовали.

— Я же тоже участвовал, — пискнул Питер и втянул шею в плечи, попав под раздачу убийственного взгляда Эванс, которым она подавляла их уже минуты три, пока они «сидели в окопах», следя за слизеринским столом.

— Может, он решится открыть её в спальне, — поддался сомнениям Джеймс.

— О, джек-пот! — Пихнул того под рёбра Сириус. — Так-так, развязал, открывает… три, два…

БАБАХ!!!

Взрыв получился гораздо громче, чем от обычной хлопушки, и ученики за всеми столами рефлекторно пригнулись. Всего на миг тишина заполнила Большой зал, а когда стало понятно, что опасность миновала, присутствующие начали выискивать источник переполоха, и постепенно помещение стали заполнять уже нарастающие вздохи вперемешку со смешками. Мародерам же не было нужды его искать, и Римус наконец повернулся, тут же запечатав рот рукой, чтобы не заржать, зато Сириус не смог себе отказать и в открытую послал воздушный поцелуйчик всё ещё пребывающему в диссонансе Снейпу, перемазанному в красно-желтой краске с макушки до пояса. Как и все близсидящие вокруг него слизеринцы, которые злобно озираясь на тыкающих в них пальцами и умирающих от смеха очевидцев, быстро поползли к выходу из зала.

— Ох, — выравнивая дыхание и хватаясь за живот, сел ровно Поттер, — этот день стал чуточку лучше, — Блэк, весь осыпанный блёстками, отбил ему пять. — Третий раз! Что за наивный олух.

Они с Сириусом переглянулись через ковыряющуюся вилкой в спагетти Лили слева от Римуса.

— Эванс, ну хватит дуться, — цокнул Блэк, — портишь всё веселье. Это же даже не слизь соплохвостов, как в прошлом году.

— И сколько краска будет смываться? — Стрельнула она укором в Римуса.

— На меня не смотри, — положил он ладонь на сердце, — я ничего не знал. Мы же вместе патрулировали.

— Ну-у, учитывая график водных процедур Нюниуса, я бы сказал, — манерно растягивая гласные начал Сириус, но напоролся на всё тот же укор, — да за день смоется! Может, два.

— Три, — поправил Поттер. Римус не сомневался, что тот сам корпел над въедчивостью краски.

— Два, три, какая разница, — отмахнулся Блэк, — пусть радуется хоть такой открытке, всё равно, кроме нас, он никому не сдался.

— Иногда я задумываюсь, почему вообще с вами дружу…

— Ой, не притворяйся самой невинностью. Хотела бы — остановила, а бездействие равно соучастию. Так что в душе ты такая же, как мы, Эванс, — подмигнул ей Сириус бровью и с лукавым великодушием взглянул на Сохатого, предоставляя ему возможность подытожить. И как Римус отчаянно ни подавал сигналы не делать этого, тот уже проглотил наживку.

— Мародёрка! — С упоением и широчайшей улыбкой закончил Поттер, и Римус пробил себе лоб [тянуться до Джеймса было лень]. Лили тут же подскочила, сгребла в сумку стопку валентинок и помчалась к дверям, где стоявшие у выхода доспехи снова запели заунывную серенаду. — Перебор?.. — Потерянно спросил тот, когда Эванс трансфигурировала горланящего рыцаря в подставку для зонтиков.

— Зришь в корень, Поттер, — ухмыльнулась Мэри, занятая сортировкой своих подарков, но тот особо не растрачивал силы на самоанализ и выглядел расстроенным от силы секунд десять.

— Ничего, Лили ещё оценит мои старания. Стоит ей увидеть мою валентинку, она перестанет злиться, отвечаю!

— А это не она лежит под тарелкой? — Кивнула Марлин на краешек красного сердечка, выглядывающего из-под грязной тарелки, и Поттер наглядно скис. Теперь надолго. Блэк, завидев его физиономию, ещё больше приободрился и закинул на плечо друга руку, присыпав и на него блёстками.

— Со-оха-аты-ый, забудь о ней хоть на сегодня! У нас на двоих столько валентинок, и каждую считай за приглашение пообжиматься в тёмных уголках Хога. Это точно поинтереснее компании нудящих про устав старост, — Римус прочистил горло, и Сириус, видимо, проиграв в голове свои слова, опомнился, — к тебе это не относится, Лунатик! — А потом проиграл ещё раз. — В смысле про старост, не про обжимания, черт…