Настоящий джентльмен. Часть 1
- Автор: Новгородцев Сева
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Настоящий джентльмен. Часть 1». Краткое содержание книги:
Напарником моим оказался поляк, заверивший режиссера, что он говорит по-русски. Для правды кино на широком экране этого оказалось недостаточно, и Джерри в аварийном порядке вызвал меня. Мы с поляком сели в фанерную кабину, окрашенную зеленой армейской краской, с непременной красной звездой на борту.
— Готовы? Мотор!
— Стоп! — сказал я. — Простите, а что мне надо делать?
Принесли монитор, показали отснятые кадры.
В ледяных торосах Арктики целый отряд ловит Джеймса Бонда. На лыжах, на снегоходах, с вертолета. Бонд, ясное дело, от них виртуозно уходит, да еще при этом сбивает вертолет, попав прямо в кабину сигнальной ракетой розового цвета. Последнее обстоятельство я хорошо запомнил, потому что целый день, с перерывом на обед, мы с поляком многократно прощались с жизнью в густом облаке едкого ракетного дыма.
Однако начиналось сцена спокойно, даже красиво. Эту красоту арктических льдов мне приходилось воображать, глядя на почерневший замусоренный пол павильона.
Еще раз проверили свет, фокусировщик рулеткой замерил расстояние, щелкнула хлопушка. В безбрежном Заполярье отыскать вражеского диверсанта в белом камуфляже было невозможно, но приказ есть приказ.
— Попробуй тут найди кого-нибудь! — сказал я напарнику волевым, но недовольным голосом.
В тот памятный день я произносил эту фразу много раз. Сколько — не помню, дубль следовал за дублем. Откашлявшись и отплевавшись от гибели в дыму сигнальной ракеты агента 007, мы снова залезали в свою фанерную кабину, чтобы начать все сначала. Когда я вечером вернулся домой, то перед сном увидел, что белая футболка у меня стала розовой. Полагаю, что легкие — тоже.
Месяца через три в Лондоне появилась съемочная группа фильма Spies Like Us — «Шпионы как мы». Обратились сначала со стандартной просьбой — помочь с переводом надписей и знаков. В коллекции уже готовых надписей я увидел странную фразу, красиво выведенную золотом по черному заглавными буквами: «ЦЕНА ЕСТЬ ПРАВО». Я слегка остолбенел от такого нагромождения понятий, но потом сообразил, что передо мной — попытка перевода на русский названия популярного телешоу The Price is Right, где участники пытаются угадать точную цену выставленного товара.
Вскоре меня представили режиссеру Джону Лэндису. Я как регулярный читатель музыкальной прессы знал, что он недавно снял знаменитый видеоклип Thriller с Майклом Джексоном, а чуть раньше, в 1980 году — нашумевшую кинокомедию The Blues Brothers, о чем я ему и «шаркнул ножкой».
В западной артистической среде вообще на похвалы не скупятся. Творческий человек — существо ранимое, успех от провала у него часто отделяет один шаг. Работая на разных фильмах, я замечал, что в хаосе съемок никто не может понять — получается картина или нет. В таких случаях в шутку говорили, что спрашивать надо у электриков.
Дня через два на студии я снова встретил Лэндиса. Он попросил меня следовать за ним и привел в комнату, где стояла видеокамера. «Скажите что-нибудь по-русски», — попросил он. Я мог бы, конечно, что-нибудь из Маяковского или Некрасова, но в минуты такой неожиданности память вытаскивает наружу что-нибудь раннее, из пионерского детства.
Я читал эти строки четко, с патриотическим пафосом и бесконечной любовью к вождю на грани истерики. Это был стиль так называемых «литературных монтажей» — непременного номера на 1 мая и 7 ноября.
Пионеры стояли на сцене шеренгой, по очереди выступая на шаг вперёд со своим словом.
— Мир! Тебя отстаивают смело!
— В Москве!
— В Албании!
— В Китае!
И все хором:
— Желание мира в сердце мы впитали!
На пионерских сборах мы ещё строили физкультурные пирамиды. Внизу четыре мальчика покрепче, на них залезали трое, а на самый верх карабкался маленький легкий пионер и, отчаянно стараясь не упасть, выкрикивал что-нибудь актуальное:
— Руки прочь от Кореи!
(И вот результат: не сдали Северную Корею, и теперь эта бедная страна грозит всем своей атомной бомбой.)
Конечно, американские продюсеры, просматривая видеозапись, ни слова не поняли в моем стихе, но, будучи мастерами кинематографа, они почувствовали то особое ощущение восторга, выходящего из всеобъемлющего страха, которое, конечно, никакому западнику не изобразить.