Истинное зло (ЛП)
- Автор: Oceanbreeze7
- Язык: русский
- Переводчик: "Убийство на Хеллоуин"
- Жанр: Прочее фэнтези
Электронная книга - «Истинное зло (ЛП)». Краткое содержание книги:
— Мне нравится полная луна, — сказал Том, небрежно постукивая пальцами по табурету. — Легче прокрасться в какое-либо место. Небрежность ночи. Пренебрежение к воровству и грабежу.
Глаза Тома резко метнулись к нему, оценивая. Тюремная одежда, длинные стебли травы, раздавленные под его бедрами. Он уже давно не чувствовал травы.
— Когда мне было тринадцать, — начал Том, скучающе глядя на деревья. — Я уже проводил лето в одиночестве. Призыв и война… ну. Ты все об этом знаешь.
Гриндевальд оскалил зубы в безмолвном рычании, растянув губы. Том улыбнулся, забавляясь этим выражением.
— В поместье на углу Бейкер-стрит жил один человек, у него был туберкулез, но только начало. Его семья уехала, поэтому он сидел в своих резных креслах и модных нарядах, и ел, как жирная свинья, которой он и был.
Том оглянулся на него, его серебристо-голубые глаза блестели в свете полной луны.
— У него было так много еды. Ваша война отняла так много сил, но выживание есть выживание. Я подумал, что если жирная свинья хочет есть, когда она уже обречена, то она должна делиться с голодающими.
Том улыбнулся, обнажив блестящие зубы, как волк перед добычей. Он встал, плавно и быстро. Его ботинки хрустели по траве, по замерзшим на земле трупам сверчков.
— Я думал, что это не будет убийством, если он почувствует запах, — без эмоций признался Том. — Если бы почувствовал, это было бы самоубийством. Итак, бедный мальчик-сирота вошел в его дворец и подменил его бренди на древесный спирт. Очиститель для мебели. Он выпил его, как жирная свинья, а я перешагнул через его расплавленные глаза и съел его кладовую полностью.
Гриндевальд уставился на него, обводя взглядом юношеские кости. Том Риддл, греющийся в лунном свете с тонкой улыбкой, далеко выходящей за пределы апатии.
— Когда мне было пятнадцать, — сказал Том, шагнув к нему. Он согнул ноги в коленях, смиренно изогнув спину. Расстояние между ними сократилось, и Гриндевальд почувствовал на своем лице теплое дыхание мальчика. Ночной воздух по сравнению с ним был холодным.
— Меня разбудили твои сирены, — сказал Том. Он улыбнулся с дружелюбным жестоким выражением, которое не выражало ни милосердия, ни нежных воспоминаний. Гриндевальд не дернулся, но почувствовал, как ночной холод пронизывает его еще сильнее.
— Мой приют был эвакуирован, и я вернулся в Лондон, один, в разгар войны. Твои сирены разбудили меня в моей маленькой адской дыре, и мне некуда было идти. Ты знаешь, каково это… бояться за свою жизнь каждую ночь, когда слышишь этот адский вой сирены?
Гриндевальд почувствовал, как пот стекает по его затылку, смягчая уголки волос. Его лицо дернулось, ноги подогнулись, и на какое-то мгновение у него мелькнула мысль пнуть мальчишку. Снова и снова, пока под ногами не захрустели бы хрящи, и он не уложил мальчика лицом в мягкую утреннюю росу.
Том видел это, его улыбка смягчилась насмешкой, и он смело протянул руку, чтобы погладить щетину на подбородке Гриндевальда.
— Нет, я не думаю, что ты знаешь, каково это, — прошептал Том горячим, хриплым и влажным голосом. — Не волнуйся. Господь верит в справедливость и доброту, и каким жестоким чудовищем я был бы, если бы утаил такой опыт. Мы живем благодаря нашей щедрости, Гриндевальд.
Гриндевальд резко вдохнул, так внезапно, что понял: мальчик услышал. Глаза Тома Риддла расширились, улыбка стала еще шире. Его лицо было искажено тенями и лунным светом, и его прикосновение было таким нежным.
— Господь награждает тех, кто поступает по-доброму и милосердно, — со знанием сказал Том. — Я принес тебе подарок. У меня нет сирен, но Эгида согласилась помочь с твоим покаянием.
Гриндевальд попытался заговорить — влажное бульканье, которое ломало струпья и натягивало мышцы. Том улыбнулся, тяжело дыша и медленно вставая. Его высокое долговязое тело больше походило на скелет.
Вдалеке нарастал пронзительный одинокий вой, пока не достиг вибрации, похожей на сирену. Высокая громкая сирена в лунном свете вызвала хор других близлежащих воплей.
— Ты слышишь сирены, Гриндевальд? — радостно пропел Том. — Ты должен бежать! Никогда не знаешь, когда бомбы разорвут тебя на куски!
Гриндевальд поднялся. Перекатываясь и дергая туловищем без всякой грации. Он был животным, борющимся с обрубками рук и ушибленными старческими ногами. Он поспешно поднялся на ноги. Том продолжал смеяться, радуясь и забавляясь без слов. Вой не утихал, его шум разжижал адреналин в крови Гриндевальда.
Крина ни за что бы не согласилась, но звери — люди и волки — всегда жаждали его крови. Они грызли его руки, хрустели костями и смотрели на него голодными глазами. Крина не согласилась бы, но она мало что могла сказать против этих проклятых монстров.
А этот мальчик … этот мальчик был хуже всех.
— Ты знаешь, что такое страх? — кричал ему мальчик, и голос его время от времени срывался на октаву выше. Гриндевальд бежал, тонкие шлепанцы были плохим барьером между камнями и ступнями.
— Надеюсь, они разорвут тебя на части, мускул за мускулом! — закричал Том издалека. — Надеюсь, твои ошибки сгрызут тебя кость за костью!
Гриндевальд бежал, слезы и кровь текли по его болтающемуся остатку языка, а пот струился по спине. Из Нурменгарда не было выхода. Для него не было спасения, и мальчик тоже это знал.
Насилие и убийство на расстоянии. Затравленный, как чертов кролик. От него ничего не осталось — его гордость, его наследие, его власть…
Мальчик продолжал смеяться, перекрывая высокий вой волков, которые приближались с каждым рывком.
— Продолжай бежать! — засмеялся Том. — Великий Геллерт Гриндельвальд! На которого охотятся, как на чёртову крысу!
Он почувствовал, как зубы сомкнулись на лодыжке, еще один удар прошел по ее передней части. Секунда — и он упал, палки вонзились в его бедра, когда острые клыки пронзили сухожилия и мышцы. Он не мог кричать без языка, он не мог заглушить шум голодного влажного жевания.
Он чувствовал их и слышал, как они впиваются ему в лодыжки. Пожирая каждую косточку стопы, как будто это была конфета, которую можно пососать. Его ахиллы истрепались, как спелый плод, кости рассыпались, как старое дерево. Он булькал в рвоте, когда его колени со щелчком раздвинулись, разбившись вдребезги, а коленная чашечка покатилась по земле. Его бедренная кость поддалась с мощным треском, длинный язык любовно очищал рану на его теле.
Он кричал в своей голове, когда они прожевывали его желудок, пожирали легкие; он кричал в своей голове, когда у него не осталось воздуха, чтобы кричать.
Но помимо всего этого, Том Риддл продолжал смеяться.
========== Crown of Thorns* ==========
Комментарий к Crown of Thorns*
* с англ - Терновый венец
От автора:
Глава, где Том возвращается во славе и триумфе …Ой, и кажется, что хаос следует за ним повсюду.
В четверг вечером, как раз перед тем, как наступил комендантский час в спальнях Гриффиндора, картина на входе распахнулась и впустила три тени.
В такой поздний час ученики обычно уже не шатались туда сюда. В общей гостиной, как правило, было только несколько учеников, доделывающих последние задания или сонно читающих на диванах. Присутствие трех человек сразу же привлекло внимание.
Мантия профессора Дамблдора, веселого лавандового цвета с маленькими овечками по краям, привлекла внимание первой. Потом высокий силуэт второго человека и, наконец, спокойный мальчик, который казался карликом рядом с преподавателями.
— Директор Дамблдор! — воскликнул Фред, на удивление бодрый, учитывая поздний час. — Какой чудесный сюрприз! И чудесный…
— Уизли, — предупредила профессор Макгонагалл. Она выглядела измученной.
— Не беспокойтесь, — сказал профессор Дамблдор. Его поза была слегка напряженной, неудобной или, возможно, даже болезненной.
Джордж, медленно поднимаясь из своей кошачьей позы, в которой он растянулся на двух креслах и угловом столике, первым заметил Тома.
— Черт возьми, — разинул рот Джордж, спотыкаясь. — Они позволили тебе вернуться?
— Не было никакой причины оставаться вдалеке.