Миролюбивый поход
- Автор: Кольцов Павел Андреевич
- Серия: Как тесен мир #2
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub
- Жанр: Альтернативная история
Электронная книга - «Миролюбивый поход». Краткое содержание книги:
Вхождение РККА в Восточную Польшу под лозунгом защиты всего ее населения от фашистов (возмущенным немцам поясняется, что это заявляется единственно для большего умиротворения поляков, а все подписанные между двумя странами договоренности остаются в силе). Не всегда мирное продвижение на запад подразделений 36-й легкотанковой бригады, с описанием реальных событий, обыгранных в художественной форме. Успешный конец похода и предложение взятым в плен полякам, от которого они не в силах отказаться.
— Давайте, пан командир, — сказала она громко, — я и вам налью. А то ваши солдатики пили, а вам и не досталось, — она бесцеремонно совала в руки опешившему от ее молодого напора Карпенко кружку. — Батько велел сказать, — тихонько, чтобы не слышали односельчане, добавила деваха, — если вы полицая с собой не заберете — его хлопцы убьют.
Карпенко взял кружку, позволил наполнить ее пенящимся молоком и поблагодарил девушку. Лейтенант с удовольствием отпил из кружки — молоко было охлажденным, видно хранилось в погребе, и жирным, еще не сепарированным. Он утер второй ладонью белые «усы» вокруг рта и, почему-то, испытал жалость к избитому немолодому дядьке, хрипло втягивающему воздух окровавленным ртом.
— Вы полицейский в этом селе? — спросил он его.
— Да, — с трудом прошамкал дядька разбитыми губами.
— Коммунистов арестовывали?
— Как начальство приказывало, — медленно ответил по-украински польский полицейский. — Да и не коммунисты они были. Так, бузили слегка.
— Как это не коммунисты? — вмешался опоясанный наганом заводила, — Орест Яремчук, по-твоему, не коммунист?
— Отец его, Зиновий, — парировал полицейский, — да, был коммунистом еще в двадцатые годы. А сын его, Орест, никогда, насколько я знаю, в коммунистах не состоял. У нас он таким не числился.
— Так за что ж ты его арестовал?
— Бумага из города пришла: арестовать и доставить. Я и выполнил. А что, да почему — у начальника полиции интересуйся. Знаю, брошюрки у него нашли, против власти. За независимую от Польши Украину брошюрки, за борьбу с «ополячиванием» и про все такое прочее.
— Врешь ты все — «за борьбу с ополячиванием». А у начальника полиции мы еще поинтересуемся! Будь уверен! Все ответите за свои преступления!
— Я на государственной службе, — через боль оправдывался полицай, — что приказывали — делал. А по своему желанию, ты же, Григорий, знаешь, я никого из вас не обижал. На многое даже глаза закрывал. По-соседски.
— Глаза он закрывал! — продолжал брызгать слюной Григорий с наганом, — навек теперь глаза закроешь, падлюка ляшская!
— Ладно! — прервал пререкание Карпенко, — всем тихо! Вашего полицая мы забираем и передаем в особый отдел бригады.
— Дмитрий, ты чего? — удивился Иванов. — На черта он нам нужен? У нас свои задачи. Боевые.
— Володя, угощайся, — протянул Карпенко свою недопитую кружку командиру и товарищу. — Не спорь. Его надо забрать. Потом объясню.
Иванов пожал плечами, принял кружку и отхлебнул — пить прохладное молоко было приятно.
— Ладно, — не стал спорить лейтенант. — В особый отдел, так в особый отдел. Поручаю его тебе. Сам им и занимайся. Привал окончен! — громко добавил он красноармейцам. — По машинам!
— Сидоренко, — подозвал лейтенант Карпенко своего отделенного, — возьмешь поляка и отведешь в мою машину. В кузов. Ты за него отвечаешь.
— Есть, — козырнул Сидоренко и кивнул избитому полицейскому:
— Пошли, пан.
— Оружие полицейского отдайте, — Карпенко приблизился на пару шагов к все еще взбудораженному Григорию и протянул ладонь.
— Чего это? — возмутился и положил руку на кожаную трофейную кобуру сельский ватажок.
— А для порядка, — спокойно ответил Карпенко. — Полицейского вашего мы должны передать в особый отдел вместе с его табельным оружием. А будете возмущаться — отберем у вас заодно и все охотничьи ружья — по зайцам будете из пальцев стрелять.
— Мы ведь за вас. За Советы, — продолжал доказывать Григорий. — Нам самим оружие нужно, для поддержания порядка в селе.
— Товарищ Григорий, для поддержания порядка в вашем селе будут назначены и люди и уполномоченные службы. Потерпите. И сами не нарушайте порядок. Снимайте револьвер — не надо со мной спорить. Или вас тоже арестовать за компанию с полицейским и сдать нашим особистам?
Невнятно загомонили крестьяне с ружьями, но громко возражать не решились. До Григория тоже дошло, что если он не снимет револьверную кобуру сам — ему помогут красноармейцы.
— И, хлопцы, — обратился к местным жителям Карпенко, принимая висящую на ремне коричневую кобуру, — я вам очень не советую самим заниматься наведением порядка у себя в селе. Подождите Красную Армию. Не своевольничайте. Тем более, говорите, что вы за Советы. Не занимайтесь партизанщиной. Сейчас не 20-е годы. Расходитесь. А нам пора следовать дальше.
Когда оба лейтенанта отошли от кучки местных жителей, Карпенко объяснил Иванову спасение им поляка от разъяренных односельчан. Иванов без раздумий одобрил: ему тоже не понравился звериный энтузиазм польских украинцев. Убивать в бою нападающих первыми польских солдат — это одно. Докалывать иногда штыками пленных и раненых — уже попахивало дерьмово, хотя и со скрипом оправдывалось обстоятельствами. Ну, а избиение десятком вооруженных мужиков своего немолодого деревенского полицейского с последующим убийством — было им как-то уж совсем не по душе.