«Если есть на свете рай…» Очерки истории Уругвая
- Автор: Иванов Н. С.
- Год: 2021
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-00165-256-4
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - ««Если есть на свете рай…» Очерки истории Уругвая». Краткое содержание книги:
В 1944 г. был создан Фонд компенсаций по безработице для работников мясоперерабатывающей промышленности. В 1945 г. подобный фонды были созданы для складских работников, рабочих шерстяной и кожевенной промышленности.
В 1945 г. Генеральная Ассамблея приняла законы, гарантирующие оплачиваемые отпуска для всех работников государственных и частных предприятий, а также устанавливающие нормы труда и оплаты сельскохозяйственных рабочих – самой обездоленной части уругвайского рабочего класса.
Расширилась категория лиц, получавших пенсии по старости. Для создания пенсионного фонда, как и в годы правления Батлье, использовались налоги на предпринимателей и землевладельцев, а также доходы от налогов на азартные игры и алкогольные напитки. В 1943 г. нормы пенсионного обеспечения распространили на сельскохозяйственных работников, а в 1946 г. был приняли Статут сельскохозяйственных работников, который обеспечивал их права, а также гарантировал равноправие условий труда и оплаты между мужчинами и женщинами.
Развод был разрешен только по инициативе жены. Многие политики боролись за то, чтобы это право признавалось и за мужем, но их предложения неизменно проваливались. Видимо из-за этой оригинальной нормы права количество разводов было весьма невелико – в 1942 г. по всей стране зарегистрировали лишь 803 расторжения брака[364].
В ходе второй мировой войны в Уругвае организационно оформилось большинство профсоюзов. В 1942 г. создали единый профсоюзный центр – Всеобщий союз трудящихся (Unión General de los trabajadores). Согласно конституции 1942 г. профсоюзы имели право на забастовку; однако государственные служащие не имели право на создание своих профсоюзов. Работники государственных предприятий, которые игнорировали запреты на забастовки, могли быть арестованы и заключены в тюрьму сроком от трех месяцев до полутора лет. Но эти меры в 40-е гг. никогда на практике не применялись, а требования забастовщиков чаще всего (хотя бы частично) удовлетворялись.[365]
Улучшение экономических и социальных условий, особенно на фоне разрухи и бедствий, выпавших на долю стран, участвовавших во Второй мировой войне на европейском континенте, подстегнули новую волну иммиграции. С конца 30х гг. за счет притока переселенцев из Европы резко возросло население Монтевидео и других городов. Население столицы увеличилось с 660 тыс. в 1939 г. до 900 тыс. в 1943 г.
Так как основные потоки иммигрантов шли из тех же стран Европы, что и в годы первой мировой войны, это не привело к существенным сдвигам в демографической структуре населения[366]. Сразу же по окончании Второй мировой войны были введены жесткие нормы, по которым в страну свободно допускались для въезда лишь фермеры и квалифицированные рабочие, нанимаемые по контрактам[367].
Период динамичного экономического роста продолжался и в последующее десятилетие: с 1945 по 1955 гг., стоимостные показатели экономического развития выросли в 2 раза.
Именно в эти годы появились выражения «счастливый Уругвай» («Uruguay feliz»), «рай на Земле» («paraíso»). Наиболее красноречиво этот период сводился к фразе, выражавшей гордость и даже тщеславие уругвайцев по поводу «исключительности» их страны и народа: популярной в то время среди уругвайцев: «Нет другой такой страны, как Уругвай!» («Como el Uruguay no hay!»). В вольном переводе сотрудников советского посольства в Монтевидео получился зарифмованный афоризм: «Если есть на свете рай – так это точно Уругвай!».
Видимо для уругвайцев первая половина ХХ в. и была настоящим «раем». Подобно известному выражению «счастье – это отсутствие несчастья», в глазах уругвайцев их «рай» можно охарактеризовать как отсутствие «ада».
А как иначе можно назвать весь XIX век с господством «неформальной империи», беспрерывными войнами, кровавыми гражданскими конфликтами и «революциями», резней коренного населения и гаучо, жестокими военными диктатурами?
Первая половина ХХ в., несмотря на сильнейший экономический кризис и «диктатуру мачете», в целом прошла под оптимистичным лозунгом строительства «первого государства всеобщего благосостоянии в Латинской Америке», «просперидада», когда были созданы сносные условия жизни для большинства населения.
Возможность этого «рая» появилась лишь за счет того, что главные мировые хищники конкурировали друг с другом за господство в Латинской Америке, ослабив свою мертвую хватку. И далее контуры уругвайского «paraíso» стали особенно отчетливыми на фоне созданного теми же империалистическими монстрами настоящего кромешного ада в Европе в ходе двух мировых войн.
364
U. S. Tariff Commission. Economic Controls and Commercial Policy in Uruguay. USGPO, 1945, p. 32.
365
Pendle G. Op. cit., p. 25.
366
Dzieje Ameriki Lacinskiej. T. 3. Warszawa, 1983, p. 90.
367
Uruguay. South America’s First Welfare State. George Pendle. Oxford, 1952. P. 5–6.