Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
никому ни слова.
— Может, не надо? Услышат другие.
— Спят они все.
— А на нижних нарах?
— Тоже спят.
— Откуда ты знаешь?
— По дыханию слышу. Я чуткая на ухо... Я бежать уду
мала.
— Бежать? — испуганно ахнула Рита.
— Тише, людей разбудишь...
— Дождь пошел, Аня...
— И вправду пошел. Прибьет огонь, завтра на работу пой
дем.
— Откуда ты хочешь уйти?
— Из зоны.
— Как?
— Завтра моя очередь быть кострожегом. Я в тот раз
приметила в заборе одну доску, гвозди еле держатся... Как
не прибили ее — отодвину и уйду.
— А часовые на вышках?
— Они не увидят... там самое темное место. Дрова тепереча сырые, после дождя горят неярко.
— А если заметят?
— Пристрелят, только и делов... тут хуже помирать... По
смотрела я на Катю. Не хочу такой из лагеря уходить, хоть
и жива останусь...
— Тайга кругом... сама говорила, что до пересылки двести
пятнадцать километров. Как по лесу пройдешь? Звери там...
196
Не уходи, Аня... погибнешь... — шептала Рита, сжимая руку
подруги.
— Звери-то они лучше начальства нашего. От волка аль
от медведя на дереве схоронюсь... Сытые они не трогают че
ловека. От иродов наших и под землей не спрячешься, не
только что на дереве.
— В погоню пойдут, Аня. Катя говорила, что беглецов
редко живыми приводят.
— Слышала. Ты думаешь, Ефросинью Милантьевну жи
вую оставят? Коль освобождения не дадут?
— Но ты не больная.
— Здоровье не железное, сломится.
— Ну, убежишь ты... А потом куда? Домой нельзя: аре
стуют и сюда пошлют.
— Лишь бы вырваться... Y меня тут недалеко с тридца
тых годов дядька живет. Фамилия у него другая. То, что род
ственники мы, в селе забыли. Да и милиция не знает. Некому
сказать им.
— Ох, Аня, боюсь я... Не наделай хуже себе...
— Помяни мое слово, Рита. Убыот и меня, и тебя здесь.
Не убыот — сами умрем... Или, и того хуже, как Катя высох
нем... Боязливая ты... Я удумала позвать тебя, вместе идти...
Восемь паек хлеба насушила. Одну Катя дала, две — Ефросинья,
и своих пять. Я на ногу ходкая... За неделю двести верст от
махаю.
— То в поле, а тут болото, лес... Подумай, Аня...
— Я уж думала... Помру на воле и ладно. Схоронят по-человечьи, не то что тут... Забоялась идти — не иди... Я имела
думку помощи у тебя испросить...
— Я помогу, Аня.
— Опасливо, Рита... За помощь такую жизнь твою поре
шат... Кабы вместе пошли...
— Скажи, Аня.
— Толку-то, как скажу... Я хотела, чтоб ты вместо Ефро
синьи, у нее завтра черед костры жечь, вышла на соседний
костер, притушила б его малость. Пока они дознаются, мы б
в лесу были...
— Я пойду, Аня.
— Лучше Катю возьму... Она уже давно вызвалась... Бе197
жать не побежит — слаба, а помощь даст. Они кострожегов
утром считают... До утра далеко отшагаю... Спи.
Рите очень хотелось спать, но заснуть она не могла. «Аня
открылась мне... Катя верит ей... Чего же от Ани таиться?..
Поговорю с Катей», — решила Рита. Она осторожно потрясла
Катю за плечо, прикрыв ей ладошкой рот.
— А? Чего? — приглушенно пробормотала Катя.
— Это я, — прошептала Рита.
— Ты? Я спросонья не поняла... Чего тебе?
— Катя! За золотое кольцо Ефросинью от работы осво
бодят?
— Не дури голову, — сердито отмахнулась Катя. — Какое
кольцо? Я золота отродясь не видела.
— Y Елены Артемьевны есть, она отдаст его лекпому,
чтоб он Ефросинью от работы освободил.
— Разве ж так делают? За кольцо самого начальника
купим. Он в больницу Ефросинью направит.
— Как ж е ты поговоришь с начальником?
— Это уж не твоя забота... Дождь как из ведра хле
щет... Завтра прибавку к хлебу не дадут... Поспим до подъема.