«Моя стихия – большие внутренние волненья». Дневники. 1904–1950

386

…я примирился с тем, что Гзовской не будет… – В августе 1907 г. К. С. Станиславский встречается с актрисой Малого театра Гзовской Ольгой Владимировной (1883–1962), которая «умоляет принять ее теперь же» в труппу МХТ. В августе–сентябре 1907 г. он занимается с Гзовской индивидуально актерским мастерством, готовя ее к работе в МХТ, – поступление планировалось с нового, 1908 года. Однако по этическим соображениям (некорректное поведение в отношении Малого театра и А. П. Ленского) МХТ не счел возможным принять ее в труппу. Ситуация к тому же осложнилась в ноябре 1907 г. конфликтом О. В. Гзовской и М. Н. Германовой, спровоцировав запутанные объяснения между основателями МХТ. Как пишет И. Н. Соловьева: «Позднее острота вопроса о приходе Гзовской усугубилась тем, что на решающую административную должность желал перейти из Малого театра ее муж, В. А. Нелидов; к тому же жалованье, назначенное Гзовской, было весьма высоким не только по сравнению с тем, что получали ее сверстницы – ученицы МХТ Коонен, Барановская, Коренева, но и по сравнению с жалованьем Савицкой и Книппер» (Гзовская Ольга Владимировна // Московский Художественный театр: 100 лет. Т. 2. С. 51). В. А. Теляковский в середине февраля 1908 г. пытался анализировать ситуацию: «Гзовская увлеклась Станиславским и Станиславский ею – это первый шаг новый в истории Художественного театра. Вдруг вынь да положь – Станиславскому понадобилась артистка. На ней он стал строить надежду театра. Нелидов, который в разговоре со мной отрицал свои отношения и любовь к Гзовской, с начала сезона отговаривал ее поступать в Художественный театр, а потом стал молчать и будто даже радоваться уходу. Стало ясно, что произошла какая-то перемена, и стали ходить слухи о его переходе. Последний раз он и сам мне это говорил – причем вся эта канитель мне так надоела, что я сказал: „Ну и отлично, уходите, может быть, это ваше призвание“. Нелидов, однако, сказал, что он решил остаться, но во всяком случае мое согласие на уход примет в соображение. Я его роли в этом театре совсем не понимаю и думаю, что это второй шаг, сделанный Станиславским для распадения театра» (Теляковский В. А. Дневники Директора Императорских театров. 1906–1909. С. 381–382).