Легенда старого Чеколтана
- Автор: Божаткин Михаил Иванович
- Год: 1965
- Язык: русский
- Год: Радянський письменник
- Жанр: Другие приключения
Электронная книга - «Легенда старого Чеколтана». Краткое содержание книги:
События, послужившие сюжетом для повести, развивались в послевоенные годы. Лейтенант-минер Шорохов раскрывает секрет ловушки-ликвидатора, от которой погиб его товарищ Бондарук, обезвреживает донную магнитно-акустическую мину. Очищая бухту Караташ, минеры и водолазы находят в конце концов и таинственную штольню, в которой немцы организовали подземную лабораторию «Зет».
Герой другой повести М. Божаткина Николай Булатников, приехавший в глухой хакасский улус, решил проверить достоверность древней легенды. О приключениях Булатникова и старого таежника Африкана Налымова и рассказывается в повести «Легенда старого Чеколтана».
— Опять завел свою шарманку: «Не везет, не везет!..» Служишь в такой части — любой моряк с тобой поменялся бы. Настоящее дело делаешь…
— Что ты знаешь о моей службе? — обиженным голосом воскликнул Колокольников. — Да у меня не служба, а сплошные конфликты. И что самое обидное — с первого дня это началось. Ну, казалось бы, что сложного подобрать одежду, когда начали обмундировываться? Меня и тут ждала неприятность. Все уже оделись, а мне ни одна шапка не подходит. Не оказалось пятьдесят девятого размера. Старшина даже рассердился.
— Ну на что вам такая голова? — говорит.
— Я же не сам ее выбирал, — отвечаю.
— Прекратить разговоры!
Прекратили. Однако голова-то от этого меньше не стала!
Конфликт этот разрешили, шапку нашли. А через некоторое время… Впрочем, расскажу все по порядку. Назначили нашу смену — я тогда еще в учебном отряде служил — в караул. Пришла моя очередь на пост заступать. Ну, вы сами понимаете, что такое часовой. Волнуешься всегда, а первый раз — особенно.
Приготовился. Все честь по чести: пуговицы горят, инструкцию и обязанности часового назубок выучил. Иду за разводящим.
— Пост сдал!
— Пост принял!
Разводящий и солдат, которого я сменил, уходят. Один остаюсь. Время — за полночь, самое глухое. Да еще погодка выдалась: темнота — ствола у автомата не видно, дождичек шумит, собирается на деревьях в большие капли, шлепается в лужи.
Кап… кап… кап…
Да гулко так, кажется, они все ночные звуки заглушают.
Казармы неподалеку огнями светятся, караульное помещение совсем рядом, из порта гудки кораблей доносятся, вспыхивают далекими зарницами огни электросварки. Все как всегда, но, честное слово, ощущение такое, словно ты один в целом мире остался.
Понемногу начал осваиваться. Уже сердце ровно бьется, темнота стала не такой пугающей. Вот грибок, вот кнопки сигнализации, вот фонарь. Дальше поблескивает мокрая от дождя колючая проволока, деревья за ней. А капли — кап, кап…
И вдруг — что такое? — дзинь!.. Несколько секунд тишины, и снова — дзинь, дзинь!.. Лязгает где-то рядом металл о металл. Чуть слышно, а мне кажется, что этот лязг все звуки кругом заглушает.
«Ведь это ограждение перерезают!» — мелькает у меня догадка, и, чувствую, на лбу сразу капли пота выступили, а по спине какие-то холодные мурашки забегали.
— Стой! Кто идет? — кричу и сам не узнаю своего голоса.
Лязганье на мгновение затихло и снова:
— Дзинь!.. Дзинь-дзинь!..
— Ложись!
А оно опять: дзинь-дзинь-дзинь!..
Щелкаю затвором автомата и изо всей силы нажимаю на кнопки сигнализации. Вот слышу торопливое топанье бегущих людей. Докладываю разводящему.
— За мной! — командует старшина.
Луч света раздвигает темноту. У проволоки — никого. И вдруг вижу на земле, около столба, белый пушистый комочек. Горит рубиновый глаз. Ба, да это наш общий любимец кролик Васька. Наверное, кто-то не закрыл на ночь клетку. Выбежал погулять да в проволоке и запутался.
Мне тогда благодарность объявили. В стенной газете — карикатура не карикатура, а что-то вроде дружеского шаржа появилось. Я, значит, на кролика автомат наставил. Ну и подпись:
Стишата, конечно, так себе, не обидные. Да мне от этого не легче. Все равно ребята нет-нет, да и попросят:
— Расскажи, Дамир, как ты диверсанта задержал?
— Да, — прервал Коваль рассказ Колокольникова, — я все забываю спросить, что у тебя такое имя? Вроде болгарское…
— Обыкновенное русское. Маменька мне это имечко удружила. Да здравствует мир, а сокращенно, значит, получается — Дамир.
— Аббревиатура.
— Что? — не понял Колокольников.
— Аббревиатура, — повторил Коваль. — В лингвистике так сокращенные слова называются.
— Тьфу ты, и тут я под какую-то непонятную рубрику попал, — с искренним огорчением в голосе проговорил Колокольников. — Ну, да ладно, слушай дальше… Просят, значит, рассказать ребята. Вроде серьезно, но я же по голосу чувствую — с подначкой. Махну, бывало, рукой, отойду к своей койке. А кролика с тех пор так Нарушителем и назвали. Ему-то все равно, а мне…
— Да, в первое время на службе почти со всяким что-нибудь случается, — начал Коваль. — Вот со мной…
— Если бы только в первые месяцы! — перебил его Колокольников. — Да у меня и потом… Ну, кончил я школу связи в учебном отряде, пошел служить на катер. Вскоре как будто неплохим радистом стал, похваливать меня начали. Да однажды всполошил весь флот. Вышел с нами в море по какому-то особому заданию член Военного Совета. Надо же так случиться, перегорела у меня в передатчике лампа задающего генератора, — а она и перегорает-то раз в тридцать лет. И вот это тридцатилетие как раз на мне клином сошлось. Ну, ладно, идем мы. Вечером передали нам радиограмму. Принял, а ответить — квитанцию дать — не могу. Передатчик не работает. И вот тут началось. Главная рация узла связи вызывает, дозорные корабли сообщают, что меня главная рация вызывает… В эфире такое поднялось — настоящая магнитная буря. В море поисковые группы вышли — как же, катер с членом Военного Совета на борту пропал…